Надеюсь, ты ее спас, утешил? Погладил по головке?

Кажется, кто-то сейчас взорвется. У него такое выражение глаз, что чертям страшно станет:

— Ты хочешь об этом поговорить здесь?

— Я вообще не хочу об этом говорить, — тянусь чипсами и демонстративно отворачиваюсь к сцене, где мускулистый мулат накручивает телесами, — я отдыхаю.

— Все, наотдыхалась. Пошли.

— Швецов, ну что ты за человек такой? Приперся, разворчался, как старый дед. Отстань ты от нее. Пусть гуляет, — подает голос один из партнеров, — хорошо сидим.

— Лучше не суйся, — меланхолично выдает Михаил, наблюдая за нашей перепалкой, — к ним вообще в такие моменты нельзя приближаться.

Снесут.

У гостей появляется в глазах интерес, а потом один из них выдает:

— Почему у меня такое чувство, что я уже это видел?

Потому что действительно видел! Только тогда я ворвалась в клуб, разбила вазу, и раскидала виноград. У меня была другая прическа, да и одета я была по-простому. Наверное, именно поэтому никто из них до сих пор меня не узнал, не связал умную дочку Чернова с той буйно помешанной.

Я немного смущаюсь, а Владу плевать. И на интерес, и на партнеров, и на все остальное.

В этом я убеждаюсь, когда он бесцеремонно хватает меня под подмышки, выдергивает из кресла:

— Все, Ярослава, на выход.

— Ты не обнаглел, случаем?

— Идем.

Я упираюсь. Не то чтобы мне хотелось и дальше смотреть откровенные танцы, просто я из принципа не собираюсь делать, как говорит Влад.

— Швецов, отстань от меня, — отпихиваю его наглые руки, — у тебя жена есть, вот ей и командуй, а я, девушка свободная, куда хочу — туда иду. Мне здесь нравится. Эй! Поставь меня на место!

Как бы не так!

Он просто берет меня в охапку и тащит из зала.

— Я сейчас тебя побью.

— Побей.

— Отпусти меня, Влад! Это уже переходит все границы.

— Не вопи. Давай жетон, — ставит меня перед гардеробом.

— Ничего я тебе не дам и никуда с тобой не пойду!

— Хорошо, я тебя унесу без одежды.

Он смотрит так, что становится ясно: мужик озверел. Сейчас действительно закинет меня на плечо и потащит.

— На, подавись, — вытаскиваю из кармашка сумки жетон и сую ему в руки.

Пока одеваемся и выходим на улицу — между нами тишина. Влад стискивает зубы так, что на скулах играют желваки, а я киплю изнутри. Он — невыносимый! Мерзкий! Гад!

Синяя машина с водителем ждет возле крыльца.

Я сажусь с одной стороны, Влад с другой. Громко хлопает дверью и отдает отрывистый приказ:

— Давай куда-нибудь, чтобы людей поменьше.

Я, наоборот, не хочу оставаться с ним наедине. Потому что сложно, потому что тянет, потому что режет по живому.

По пустынным ночным улицам наша дорога занимает совсем мало времени — пять минут, и мы подъезжаем к парку.

— Пойдем, прогуляемся.

— Я устала и хочу спать.

— Успеешь. Идем, — он вылезает из машины, а я не тороплюсь.