Делают неправильный выбор, торопятся с принятием решений, барахтаются в бесполезных фантазиях. У каждого своя война. И наша уже закончилась.

— Нет, — как всегда упертый, словно баран.

— Я замерзла. Отвези меня домой, — меня действительно трясет, и зуб на зуб не попадает. Только не от холода, а от нервов, от того, что творится внутри.

Швецов держит меня еще несколько секунд, потом сдается и отпускает. Едва он разжимает кольцо рук, как становится в сто раз холоднее. Мне отчаянно хочется обратно, в его тепло, но я не могу. Отступаю, разворачиваюсь и иду обратно к машине, прислушиваясь к шагам за спиной.

Влад идет следом. Он рядом, но я не знаю, как перешагнуть через ту пропасть, в которую мы сами себя столкнули.

В машине молчим. Смотрим в противоположные окна и тонем в своих мыслях. Мне так тошно и хочется, чтобы он что-то сказал, взял за руку.

Дурочка. Просто дурочка.

Закусываю губы, чтобы не дрожали, и продолжаю стеклянным взглядом скользить по ночной улице. В уголках глаз начинает собираться соленая влага. Я смахиваю ее, кончиками пальцев медленно веду по щеке, очень надеясь, что Влад не заметит моего состояния.

Он и не замечает, а может просто делает вид. Не знаю. Когда машина останавливается около моего подъезда, я роняю тихое «пока» и, не оглядываясь, выхожу наружу.

Мне нужно спрятаться и побыть одной. Однако даже дома, в своей собственной квартире я не могу успокоиться. Всю ночь я не могу заснуть. Слова Влада о том, что потерял самое дорогое в жизни, так и звенят в ушах. Я думаю о них и не могу переключиться. Повторяю, про себя, ощущая боль. Почти физическую. Кажется, что легкие горят.

Самое важное в жизни…

Хочется реветь, но я держусь, не позволяю себе пролить ни единой слезы.

А плечи еще помнят прикосновения его рук, объятия, наполненные тоской.

Зачем он сделал это? Сломал какую-то опору внутри меня. Ту, которая позволяла быть жесткой и циничной, давала возможность убежать от боли.

Я могу обманывать себя сколько угодно, но правда от этого не изменится. Я его люблю. И всегда буду любит. Еще тогда, три года назад он пророс в самое сердце, заняв его целиком и полностью, лишая любого шанса на освобождение.

Да, наш путь оказался нелегким. Кривым, косым, через одно место. Но кто сказал, что должно быть легко? Кто сказал, что у всех влюбленных пар дорога выслана лепестками роз? Кому-то, может, и просто, кто-то умеет сразу слушать и слышать, идти на компромиссы и понимать свою вторую половинку. Мы не умели. Ни он, ни я. Тогда не умели, насчет сейчас — я не уверена. У меня все смешалось в один клубок: чувства, сомнения, боль, обида. Все так сложно. Сама я в этом не смогу разобраться, мне нужна помощь.