Почему-то я не удивлена, что авария случилась сразу после того, как тетя Лена узнала о том, что молодняк решил дальше развлекаться, и что я буду в их числе.

— Спасать жену — дело святое, — говорит кто-то из партнёров, и к нему присоединяются остальные.

Я вижу, что Влад злиться и не хочет никуда ехать, но публично послать Ольгу в одно место не может. Его неправильно поймут, если он отправится развлекаться, оставив свою дражайшую супругу в беде.

Ему приходится уйти:

— Скинь мне место, в которое пойдёте, — сквозь зубы обращается к Михаилу, — я разберусь, что у нее там случилось, и приеду.

— Без проблем.

Влад уходит, напоследок обжигая тяжелым взглядом, а я внезапно чувствую себя несчастной. Меня угнетает то, что вынужден идти к Ольге. Хотелось провести этот вечер в одной компании с ним, но обстоятельства снова против меня и моих желаний.

Тетя Лена проходит мимо с высоко задранным носом. И вид у нее слишком довольный для женщины, у которой дочь попала в аварию.

Как меня все раздражает! Просто всплеск ярости до самых небес. Хочется топать ногами и визжать, но нельзя — кругом важные люди, на которых мне удалось произвести хорошее впечатление и теперь надо поддерживать образ.

***

О боже мой…

Я даже подумать не могла, что в конечном итоге, после смены трех заведений, нас занесет в стриптиз-клуб, и что тут будет не только женский стриптиз, но и мужской. Прямо сейчас передо мной танцевал юноша с телом Аполлона, а я пялилась на него, открыв рот и забывая моргать.

Его мужская красота была прикрыта какой-то блестящей тряпочкой, а все остальное выставлено напоказ. Он двигается, как кот, гибкий, ритмичный, с улыбкой демона искусителя.

Мужики ржут, наблюдая за тем, как я то белею, то краснею, то закрываю лицо руками, но сквозь пальцы продолжаю подглядывать за этим непотребством.

Вот это меня занесло, так занесло. Я, наверное, скучная, раз за всю свою жизнь ни разу не была на стриптизе, и сейчас меня постиг самый настоящий культурный шок. Я только охаю, и как старая бабка про себя повторяю «срамота-то какая».

— Ярослава, ты только в обморок не упади, — смеется Михаил, — нам за тебя голову оторвут.

— Вы зачем меня сюда привели? — шиплю, с трудом отворачиваясь от сцены.

— Расслабься. Хорошее место.

Неплохое. Если не считать извивающихся голых тел. Ладно девичьи — на меня это впечатления не произвело, а вот мужские — это нечто. Я теперь полночи не усну. Это как с грибами. Ходишь по лесу, собираешь, а ночью, стоит прикрыть глаза — и грибы, грибы, грибы. Вот тут так же будет.

Впрочем, спустя некоторое время, острота ощущений притупляется. Я уже почти не краснею и оборачиваюсь на сцену, только когда там появляются новые персонажи.