Только немолодой хазарин, Карабай, недоверчиво крутил головой и ухмылялся, а остальные в своем воображении сейчас видели то, чего не видели в лесу.

Весь вид Ярдара выражал неодолимое изумление. На лову он и несколько его отроков отстали от Азара, погнавшись за другой добычей, и вернулись позже других. Он успел только наспех умыться и переменить сорочку, мокрые волосы липли ко лбу, руки беспокойно оправляли пояс."

"– Это… Эта девка обернулась… туром? – повторил Ярдар, способный поверить в это не более, чем сама Заранка. – Это… быть того не может.

– Мы сами видели! – настаивал Азар.

 – Ведь ее мать – колдунья, правда?

– Она… женщина мудрая… знающая…

– Она знает больше, чем ты думал! Но теперь-то мы открыли истину! Осталось решить, что нам с нею сделать, чтобы она больше не могла превращаться в зверя и нападать на людей!

– Она нападала?

– Еще как! – наперебой отвечали ему. – Она пыталась нас затоптать! И забодать! Она нарочно попалась нам на пути, чтобы погубить!

Глядя в веселые лица хазар, Ярдар никак не мог понять: они смеются над ним? Или сами верят в то, что говорят?

– Я думаю, стоит… – Он подумал было позвать Огневиду, но тут же сообразил, что попадаться хазарам может оказаться опасно и для старой колдуньи, как для молодой.

– Я знаю, что нам стоит сделать! – Азар-тархан хлопнул его по плечу. – Если находится такой смелый человек, чтобы взять в жены лесную девку, то она становится обычной женой.

Взять в жены! Ярдар взглянул на Заранку и встретил ее пристальный взгляд.

Заговорить она все еще не могла – да и что бы она сказала этим людям, уверенным, что она оборотень? – но вспомнила, что ее побудило отправиться в путь нынче утром.

Плотно свернутый пояс так и лежал у нее за пазухой. Она несла его, чтобы привязать к Ярдару удачу. Но, похоже, расплатилась за это своей. Казалось, она стоит на обрыве над большой рекой и не знает, что принесет ей следующий миг: не то ей позволят отойти от края, не то столкнут в глубокую темную воду.

И кто же должен стать тем молодцем, который, как в песнях, переведет девушку через реку? Кто, как не тот, кому она предлагала разделить судьбу, обещая сделать эту судьбу счастливой?

Да не слишком ли широко она размахнулась, впервые сейчас подумала Заранка.

По силам ли ей это дело?

Нет, не слишком, ответил ей упрямый голос из души. В ее руках – сила старых старух судениц. Впервые она обратилась к их помощи, когда речь шла о счастье-доле для нее самой, для молодого воеводы, для всей Веденецкой волости! Они не могли ее подвести!

Видно, настоящее счастье-доля даром не дается. Те, кому их вручают, должны доказать, что достойны этого дара. В себе Заранка не сомневалась.