– И я хочу вас предупредить – что бы она там ни сделала… Она больна. И очень давно. Позвольте мне ее увезти.

Парень покачал головой:

– Не позволю. Это у вас она прячется? Как вас зовут? – И, услышав имя, усмехнулся: – А, так вы ее герой! Макс! Ладно, с вами тоже в милиции разберутся. Отойдите в угол и садитесь на пол. Как она.

Макс послушался его и сел так, чтобы видеть лицо Тани. Она сидела, глядя в пол, не шевелясь, будто замороженная. С соседнего участка доносились истошные крики какой-то домашней живности. Максу казалось, что это полный бред. «Если громко позвать, то соседи услышат… – подумал он. – Но выстрелить он успеет раньше, чем сюда кто-то прибежит».

Однако парень, по всей видимости, стрелять не собирался. Он достал из кармана ручку и несколько сложенных листков бумаги. Бросил их на пол перед Таней. Та чуть вздрогнула, но головы не подняла.

– Сейчас ты напишешь все, как было, – жестко сказал парень. – Возьми ручку.

Она послушалась и снова провела по лицу перепачканной в крови ладонью. Андрей бросил ей платок, которым вытирал пистолет:

– Вытрись. Пиши, начиная с того момента, как ты встретилась с Шимелевичем.

Макс навострил уши. Он ждал, что девушка хоть что-нибудь скажет. Но увидел, что она аккуратно расстилает на полу бумагу, укладывается на живот и, беспечно размахивая в воздухе ногами, начинает что-то писать. Она выводила буквы очень медленно, старательно, как-то по-детски. Андрей стоял над нею и следил за ее рукой.

– Не забудь написать про то, что сперва украла пистолет у Алексеевой, а потом подкинула его обратно.

Таня кивнула, продолжая выводить буквы. Виду нее был невинный и сосредоточенный. Максу сделалось нехорошо. Он увидел, что парень достает сигареты, и срывающимся голосом попросил разрешения закурить свои. Ему разрешили это сделать. И, только пару раз затянувшись, Макс понемногу начал понимать, что здесь происходит. Парень постепенно терял черты бандита. Он больше не бил девушку, не угрожал ей. Он только следил за тем, как она пишет.

– Извините, – тихо сказал Макс. – Что вы собираетесь делать?

– Я? – Парень издевательски взглянул на него. – Когда твоя подружка напишет все, как было, я заставлю ее подписать каждый лист. А потом возьму ее за шиворот, отволоку к соседям и попрошу, чтобы они вызвали милицию. Вот что я собираюсь делать. А ты бы лучше помолчал. Не мешай ей, еще что-нибудь забудет.

У Макса задрожали пальцы. Сигарета запрыгала в них, роняя искры. Он пробормотал:

– Так я и знал, что она куда-то вляпалась… Я хотел отнять у нее пистолет. Вы сами не из милиции? Что она натворила?

– А вы не знаете? – Андрей все еще заглядывал девушке через плечо.

– Я увидел ее два дня назад в невменяемом состоянии. И она мне ничего не рассказала.

Таня вдруг перестала писать.