– Если вы меня узнали, то значит запомнили. Если запомнили, то я чем-то вам приглянулась. А если я вам приглянулась… – она замолчала, наливая вино.

Тонкая кроваво-красная струйка полилась из кувшина в бокал.

Алария смотрела на неё, чтобы не пролить вино, а Ален смотрел на девушку. Ещё во время бала ему были понятны её намерения. И он видел её насквозь – красивую, амбициозную, привыкшую получать всё, что захочет. Он слышал, как отец нашептывал ей, чтобы глядела на графа ласковей. И она глядела. Ласково, зазывно, нежно. И кокетничала, и делала вид, что чувствует головокружение, чтобы лишний раз облокотиться на него – дать почувствовать жар своего молодого тела.

– А если приглянулись? – спросил Ален, прекрасно зная, что она скажет.

Леди Алария была не первой (и точно не будет последней), кто приходил и предлагал ему свое юное тельце. Вернее, не ему, а его деньгам. Удивительная вещь – деньги. Они придают привлекательности даже уродам.

– Зачем спрашиваете, милорд? – спросила Алария, отставляя кувшин.

Одним движением, она распустила вязки на горловине и скинула накидку, оставшись в бальном платье.

Бледно-желтая ткань ласково льнула к груди и талии, и придавала коже еще более ослепительную белизну. – Вы ведь знаете, почему я пришла сюда, не побоявшись быть опозоренной.

– С чего бы вам быть опозоренной? – спросил Ален, делая глоток. – Разве вы пришли сюда, чтобы совершить что-то неприличное?

– Я пришла, чтобы быть честной, – засмеялась девушка. – Ведь честность вам по душе. Вы сами так сказали.

– У вас хорошая память. Но я сказал так не о вас.

Она мгновенно перестала улыбаться и посмотрела на него темно и пытливо:

– Вы ведь приехали, чтобы найти жену?

– Если и так, то что?

– Если вам нужна жена, то почему бы вам не жениться на мне?

– Жениться на Аларии Сандоваль, – Ален сделал еще пару глотков и откинулся головой на спинку кресла.

Девица начала его утомлять, и раздражать, если говорить прямо. – Интересно узнать, почему я должен принять такое решение.

Она заметно смешалась и занервничала, но постаралась удержать надменный и отчаянный вид.

– Вы сами сказали, что я привлекла ваше внимание, милорд, – сказала она и встала прямо перед ним.

 – И я не скрою, что вы привлекли моё."

"– Привлек. Вот как, – Ален медленно кивнул. – Наверное, поразил вас в самое сердце своей красотой, милая леди?

– Вы понравились мне таким, какой вы есть, – нашлась она с ответом. – И только я смогу вас оценить.

– Как неожиданно. Значит, я вовсе не так хорош собой, как думал?

– Не пытайтесь отпугнуть меня, – сказала она. – Вы прекрасно знаете, что о вас говорят. Вас боятся, вами пугают молоденьких дурочек вроде Констанцы Авердин.