Матушка уговаривала Гюнебрет полежать в постели дня три и хотела послать за доктором, но моя падчерица вскочила на ноги через два часа, чуть отдохнув и выпив горячего молока с пряностями. Если бы ей дали волю, она бы ещё и наелась до отвала, но мы побоялись, чтобы ей не стало плохо после недельного поста, и поэтому разрешали есть только небольшими порциями.

Наконец-то я рассказала мужу, что произошло после его отъезда. Коварство Милисент не особенно впечатлило его, а вот покушение на мою жизнь привело в такую же ярость, как и синяк под глазом Гюнебрет.

– Им повезло, что легко сдохли, – сказал он, темнея лицом.

– Не говорите так о покойных, – сказала я. – Лучше помолимся об их загубленных душах.

– Обойдутся без моих молитв, – ответил он ожесточенно.

Ален хотел вернуться побыстрее, потому что умчался из замка, оставив короля в неведении, и, несмотря на матушкины просьбы, мы отбыли в Конмор этим же вечером.

Сытая и умиротворенная Гюнебрет дремала, завернутая в меха, как младенец в пеленки, а мы с Аленом сидели по обе стороны от нее. За спиной Гюнебрет Ален взял меня за руку и нежно поглаживал ладонь и пальцы, поглядывая при этом так многообещающе, что у меня кружилась голова.

– Только приедем… – шептал он, – только приедем…

На половине пути нас встретили королевские гвардейцы во главе с его величеством.

– Конмор! – крикнул король, осаживая коня. – Какого чёрта ты исчез, не предупредив меня! – но тут он заметил спящую Гюнебрет и замолчал, молитвенно сложив ладони.

– Вот всё и закончилось, – пообещал мне Ален. – Теперь мы вместе, и нас никто не разлучит.

– Не будьте столь самоуверенны, – шутливо укорила я его. – Положитесь на волю небес, ведь небеса располагают, а вы только надеетесь.

– Сегодня мне никто не помешает, – зашептал он с обжигающей страстью. – Слишком долго я ждал!

– И я, милорд, – прошептала я в ответ.

– Ален, для тебя я – Ален.

И я послушно повторила его имя, потому что мне было радостно его повторять.

Во дворе замка нас встретили почти все слуги, и король, молодцевато присвистнув, объявил:

– Леди Гюнебрет спасена! По этому случаю каждый получит по две серебряные монеты! Устроим праздник и…

– Может, лучше подождать с праздником, мой король? – раздался холодный голос.

Слуги дали дорогу, и нам навстречу вышла женщина средних лет – полноватая, но с выразительным, породистым лицом. Ее подбородок дрожал, как будто она с трудом сдерживала негодование, а глаза метали молнии.

– Ригунта? – произнес король удивлённо. – Зачем ты здесь?

– Зачем?! – воскликнула она.