Попрощавшись с ним, я встаю с качели и ухожу за дом, к месту для курения. Оказавшись одна, закуриваю сигарету и блаженно вздыхаю. Не хочу анализировать все, что сказал отец. Сейчас легче всего заглушить всё дымкой сигарет, чтобы не разглядеть среди неё нечто, что оставит меня здесь, вместе с моим сердцем.

— Ты, видимо, хочешь, чтобы я потушил её об твой язык, — недовольный мужской голос разворачивает меня к себе лицом.

Тяжелым шагом он приближается ко мне, а я стою пару секунд в смятении, раздумывая, как именно себя повести.

— Обстановка располагает.

— Обстановка? — вскидывает брови вверх.

— Ты не ослышался, — решаю стоять на своём и не поддаваться его воле.

— Помогает? — хватает меня за запястье прежде, чем я пытаюсь снова поднести сигарету к губам.

— А ты как думаешь?

— Тогда какого чёрта продолжаешь это делать?

Пожимаю плечами, улыбнувшись ему краем губ. Держа одной рукой меня за запястье, второй вырывает сигарету из пальцев, бросает на пол и тушит ногой.

— Когда-то, за подобный поступок я лишилась рабочего места, — отмечаю с ехидством.

— Это меньшее, что я хотел сделать с тобой тогда.

Смотрю ему в глаза, с трудом сдерживаюсь, чтобы не потянуться ближе и не коснуться губами его губ.

— Чтобы больше не видел тебя с сигаретой!

— А то что?

— Я подожгу твоё тело целой пачкой, — цедит сквозь зубы.

— Звучит соблазнительно, — весело улыбаюсь, хоть перспектива быть полностью покрытой шрамами от сигаретных ожогов пугает.

Он молчит, смотрит сначала цепко в глаза, а потом бросает короткий взгляд на губы. Чувствую, как становлюсь маленькой в его руках, понимаю, что взглядом и телом выдаю своё желание, чтобы он притянул к себе ближе и поцеловал.

И чтобы скрыть волнение и слабость, меняю резко тему:

— Когда всё закончится, и ты сделаешь, что задумал, я хотела бы, чтобы ты позвонил мне и сообщил, что справедливость иногда торжествует.

— Ты так уверена, что победа на моей стороне?

— Я не хочу думать иначе.

— Оптимистично, — улыбается краем губ. — Сегодня у меня встреча с одним человеком, если хочешь, присоединяйся.

— С каким человеком?

— Именно он продал местонахождение ваших семей.

Спирает дыхание от злости, как только я начинаю представлять, как выглядит этот подонок, тот, с кого всё и началось.

И тут же радуюсь, осознавая какая это удача — взглянуть ему в глаза, сказать всё, что я о нём думаю, плюнуть в лицо.

— У тебя дар, Медея, — вновь усмехается, — Ты умеешь выбирать особенных мужчин."

"Его слова отрезвляют, дав пощечину. Очевидно, одно с другим связано. И первый, впрочем, единственный мужчина, который приходит мне в голову — Эльдар. От одной только мысли, что Эльдар хотя бы косвенно может быть связан со всем произошедшим, выводит из себя.