Он буквально вжал меня лопатками в стену, и мы оказались в небольшой нише. Тени упали на благородное бледное лицо, сейчас помрачневшее от ярости. Зрачки расширились, и взгляд зеленых глаз показался темным, зловещим.

– Это тебя… как подменили! – Юлиан явно с трудом сдержался от более жестких определений. – Ты могла привести в замок пятерых беспризорников за ночь и даже воспитать из них что-то путевое! Могла быть решительной и смелой! А теперь только и делаешь, что цепляешься за мамину юбку. С момента вашей встречи ты носишься с ней, чтобы ни за что не задеть ее чувства! А она этим нагло пользуется, но тебе удобнее этого не видеть.

– Это ненормально: любить свою маму? – я недовольно дернулась.

Отношения с матерью у меня всегда были ни к черту. Единственный способ не жить по ее указке – держаться эдак за три тысячи километров. Ну, или в магическом мире. Тоже вариант.

«А сейчас появился шанс доказать ей, что ты чего-то добилась? Что не загубила свою жизнь, как только уехала из дома? – ехидно предположил внутренний голос. – А выжила и в другом мире. Да еще обзавелась семьей и организовала целый приют. Молодец, Элечка, может, хоть теперь мамочка поверит, что ты чего-то стоишь? Так?»

– Любить? Если любишь, так сама и заперла бы ее здесь! Чтобы не подвергать опасности.

Или вообще, не совалась бы на Землю. По той же самой причине. А ты не можешь понять, что Земля – больше не твой мир! Хотя… – Юлиан прищурился, грустно улыбнувшись. – Может, ты скучаешь по всему этому? По машинам, джинсам и гаджетам? По чаю из пакетиков и тому, что можно в любой момент позвонить мамочке?

– Это уже слишком! – вспыхнула я.

Сама не поняла, как вскинула руку. Моя ладонь замерла за секунду до злой и хлесткой пощечины.

И то лишь потому, что Юлиан перехватил за запястье. Тонкие цепкие пальцы сжали почти до боли, притягивая ближе.

Я замерла, как испуганный зверек перед хищником. Губы чуть разомкнулись, выдавая частое-частое дыхание.

– Не смей так делать, Элеонора, – прошипел Юлиан. – Иначе точно поплатишься.

– К-как?

– А вот как…

Он закрыл мне рот поцелуем. А сильная ладонь легла на затылок, не давая и шанса отстраниться. Пальцы просеяли мои волосы, слегка сжимая. Так, словно Юлиан хотел показать: этот поцелуй – наказание.

Хотя и до одури сладкое. Ведь от такого напора у меня мгновенно ослабели колени. Когда Юлиан отстранился, я подняла одурманенный взгляд.

– Я бы продолжил с тобой в спальне, – четко очерченные губы изогнулись в короткой усмешке. – Но хочу найти свою дочь.

Это «свою» хлестнуло, как плетью. Как будто я – уже никто для Энни. Пустое место, которое по глупой прихоти притянуло ее на Землю и подвергло опасности. Ведь может, в замок похититель и не осмелился бы сунуться.

Я стиснула пальцы в кулаки, глядя в спину Юлиану.