Неужели свойства его чешуи, которая теперь на моем сыне, передаются и мне, и я могу видеть будущее?

— Все хорошо? — спрашивает Колин.

— Да, все в порядке, — говорю я.

— Ты что-то видела?

Чем старше он становится, тем труднее от него скрыть что либо. Я и рада этому и одновременно боюсь того дня, когда каждая моя мысль будет видна ему, как открытая книга, так же, как мне сейчас видны мысли моих подданных.

— Ничего, совсем ничего, — задумчиво говорю я

— Полетели обратно, мама, — говорит Колин негромко, — Отец ждет нас. Наверняка волнуется.

Посылаю нити через всю пустыню к тому месту, где сейчас мой Иос,

Он смотрит на горизонт, вглядываясь в мерцающую темную дымку над остывающим песком, и сердце его неспокойно, он переживает за меня и за Колина.

Даю ему почувствовать свое присутствие, окутывая его сердце теплыми нитями любви.

Муж вздыхает с облегчением и прикладывает руку к груди.

— Мы скоро, — посылаю я слова, и вслед за Колином быстро взбираюсь на спину Клинка.

Конец."