Потому что все, во что я верила раньше, вспыхнуло и осыпалось пеплом прямо мне под ноги.

— Не поранилась?

Гордей подбегает, изучает место происшествия, снова берет мои руки и осматривает на предмет ран.

Они не здесь, Рудковский, а внутри.

Вздыхаю, смыкаю губы и прикладываю усилия, чтобы взглянуть на Гордея.

Лишь киваю и отхожу на кухню, чтобы успеть убрать беспорядок.

Имя свекра загорается на моем телефоне, когда я с верхней полки достаю новую пару бокалов.

Несколько секунд думаю, отвечать ли на звонок. Еще сюрпризов я не выдержу.

— Добрый вечер, Николь. Звоню поздравить вас с Наступающим. А то через несколько минут уже и не дозвонишься. Как вы? Как Савва?

— Рустам Тагирович, добрый вечер, — сдержанно отвечаю.

Хотя между мной и свекром сложились довольно теплые отношения, он всегда производил на меня впечатление довольно властного и строгого мужчины.

Говорят, его жена была полной его противоположностью. Мягкой женщиной, домашней. После продолжительной болезни она умерла. Тиграну только-только исполнилось одиннадцать лет. Рустам Тагирович так и не женился во второй раз.

— А что с голосом? Случилось что?

— Я все знаю, Рустам Тагирович. Мне… все рассказали, — холодно говорю.

— Да о чем? — легкие нервные нотки разрывают динамик.

С таким человеком, как мой свекр, сложно говорить громко и уверенно. Я, по крайней мере, так и не научилась.

— О событиях семилетней давности. О вашем с моей бабушке договоре, — чуть тише произношу, чтобы Рудковский не услышал. Не хотелось бы его посвящать. Это даже как-то стыдно.

Мансуров старший хрипло смеется, чем ставит меня в тупик. Я только открываю и закрываю рот. Слов не нахожу.

— Да я уж и забыл! Вон у вас какую семью получилось создать. Савушка наш замечательным родился. И Тигран поменялся. Раньше-то ни к кому не привязывался, а с тобой остепенился.

— Остепенился… Это он через силу… А сам думает быстрей бы сбежать, — проговариваю с обидой.

— Это ты про командировку? Так у него там проблем выше крыши, без дома остаться рискуете. Но я тебе ничего не говорил.

Вопреки здравому смыслу теперь начинаю беспокоиться за мужа. Ну что я за человек, а?..

— Так что выбрасывай эти глупости из головы, Николь. Ты наша, Мансурова, мы тебя никуда не отпустим. А Тигран… вам надо больше времени проводить вдвоём.

Ничего не отвечаю на его откровения. Мне пока больно. Быть обманутой близкими людьми больно вдвойне.

— Ладно… Ждем вас всех в гости, — говорит напоследок свёкр.

После разговора остался неприятный осадок. Уставилась на экран телефона, будто он знает ответы на все вопросы.

— Николь, Савва, сейчас уже куранты будут бить. Вы где?

Выхожу из своего оцепенения. Быстро достаю бокалы, наскоро их мою, вытираю и быстрым шагом иду в гостиную.

Савка в нетерпении подпрыгивает.