— Случайно попалась нам другая… Тоже лисичка, но другая… И совсем другой виксеной похищенная. Господин Фиш ее выкупил… у воинов, которые девку лисицину втихую скрали. Сперва мы думали, что это Ксимена, только уже измененная… Но Ксимене было семь и была она светленькая, а этой — лет двенадцать уже, и она темноволосая…

— Хотя и не та это, что нужна, — опередил Фиш ведьмака, — но мы — забрали. Зачем эльфьему выродку вырастать еще бóльшим монстром? А в Новиграде можно будет продать отродье в зверинец, оно ж, скажем прямо, диковинка, дикарка, наполовину лисичка, в лесу лисой скрываемая…

Ведьмак повернулся к нему спиной.

— Господин капитан, правь к берегу!

— Тише, тише, — заворчал Фиш. — Курс прежний, Пудлорак. Не ты здесь отдаешь команды, ведьмак.

— Господин де Влит, — проигнорировал его Геральт. — Я взываю к вашему рассудку. Девочку надлежит немедленно освободить и высадить на берег. В противном случае вы погибнете. Агуара не бросит ребенка. И уж наверняка отправится по вашему следу. Единственный способ удержать ее от этого — отдать девочку.

— Не слушайте его, — сказал Фиш. — Не позволяйте себя напугать.

Мы плывем серединой реки. Что нам какая-то лиса сделает?

— И ведьмак у нас на страже, — иронично добавил Петру Коббин. — Невидимыми мечами вооруженный! Ведь прославленный Геральт из Ривии ни перед какой лисицей не сдрейфит!

— Не знаю, не знаю, — бормотал кожевенник, бегая глазами от Фиша к Геральту и Пудлораку. — Господин Геральт? В Новиграде я не пожалею для вас награды, оплачу работу с избытком… Если только нас защитите…

— Защищу, верно. Единственно возможным способом. Капитан, к берегу.

— И не думай! — Фиш побледнел. — Ни шагу к ахтерпику, потому как пожалеешь! Коббин!

Петру Коббин хотел ухватить Геральта за воротник, но не сумел, поскольку в дело вступил спокойный дотоле и немногословный Аддарио Бах.

Краснолюд мощно пнул Коббина в сгиб колена. Коббин упал на карачки. Аддарио Бах подскочил, с размаху рубанул кулаком в почку, добавил по голове. Дуболом свалился на палубу.

— И что с того, что большой? — краснолюд повел взглядом по остальным. — Только громче упадет.

Фиш положил ладонь на рукоять ножа, но отдернул, едва Аддарио Бах на него глянул. Ван Влит стоял с раззявленным ртом.

Как и капитан Пудлорак, и остальной экипаж. Петру Коббин застонал и оторвал лоб от досок палубы."

"— Лежи, где лежишь, — посоветовал ему краснолюд. — Ты меня ни тушей своею не убедишь, ни татуировками из Стурефорса. Мне приходилось причинять вред и бóльшим, чем ты, и сидельцам куда более страшных тюрем. Лучше не вставай. Делай свое дело, Геральт.

— А если у вас какие сомнения, — обратился он к остальным, — то я и ведьмак вам всем жизнь спасаем. Господин капитан, к берегу. И лодку на воду.