– Сейчас же отправлюсь в город и разузнаю, что и как.

– Тише, милая моя, тише, – бормочет она вполголоса, глядя меня по волосам. – Всё будет хорошо. Уверена, это недоразумение, и милорд сегодня же будет освобождён.

– А если нет? – меня колотит от одной мысли, что я в замке, а Райвэл может быть заперт в тесной, холодной камере, насквозь пропитанной сыростью и с плесенью на стенах.

Вдруг там ещё и крысы…

Крепко вцепившись в её платье, глотаю слёзы, стараясь унять неконтролируемую дрожь. Долго плакать нельзя.

– Иди спать, моя хорошая, – настаивает Ирма.

Но как я могу спать?

Надо действовать!

Сделать хоть что-нибудь, но не смиренно ждать, сидя на одном месте.

– Какое спать?

– Такое, – в голосе бывшей домоправительницы прорезывается сталь. – От ясного ума больше пользы.

– Не буду! – упрямо поднимаюсь на ноги, держась за стену, и ловлю себя на том, что выбираю подходящий нож. Потребуется – буду прорываться с боем, хоть я и не умею им пользоваться.

– На вот, выпей чаю. Ещё заболеть тебе не хватало.

Пока мозг судорожно перебирает способы спасения дракона, Ирма сноровисто заваривает чай, добавляя в чайник щепотки трав из баночек. Покорно сажусь и делаю глоток терпкого напитка, отметив его непривычный вкус.

Сейчас согреюсь и попробую снова пробиться во дворец. Лучше потерпеть неудачу, но хотя бы стараться, чем сидеть сложа руки и ждать невесть чего.

Пытаюсь встать из-за стола, но ноги наливаются странной тяжестью, а глаза сами собой слипаются. Последнее, что я слышу, это виноватый голос Ирмы:

– Прости, родная, так надо исключительно для твоего же блага.

Глава 54

Лорд Райвэл Саттон

Сердце рвётся на тысячи частей от неконтролируемой, но бессильной ярости. Гнусная ложь зарвавшегося монарха сжигает меня изнутри, превращает внутренности в тлеющие угли и заставляет вариться в котле бешенства и негодования.

Иду во дворец с высоко поднятой головой, расправив плечи. Не обращаю внимания на пересуды прибывших на бал высокородных лордов и степенных леди. Позволяю звериной ипостаси проявиться в глазах и выпустить наружу острые как бритвы, когти.

Зеваки с визгом отшатываются, прячутся за колоннами, а стражники боязливо переглядываются, но упрямо продолжают держать меня в плотном кольце. По-хорошему я могу играючи расправиться с горсткой жалких прихвостней Его Величества, но отчего-то мне их… жаль?

Любовь моей Грейси смогла растопить суровое, ледяное сердце.

Как она, родная? Добралась ли до замка? В груди ноет от одной лишь мысли, что она сейчас одна, напуганная, не знает, что делать. Мысль об этом заживо раздирает меня на лоскуты.

Гнев застилает глаза. Хочу кричать, проклинать этих мерзавцев, швырнуть в них всё, что попадётся под руку.