У нее французский акцент, который она приобрела, живя во Франции. Как и Лейла, она покрывает волосы хиджабом, но в отличие от хип-хоп стиля своей дочери, она носит скромные, элегантные платья.

— Я так рада, что наша Лейла познакомилась с тобой, Аврора.

— Я так счастлива, что ты родила ее.

— Поверь мне, я тоже.

Затем она наклонилась, чтобы прошептать:

— Только никому не говори, но я ненавижу мальчиков.

— Со мной твой секрет в безопасности.

— Серьезно. Единственная причина, по которой я продолжала рожать, была в том, чтобы у меня была девочка. Хотя она оказалась похожа на своих братьев, не так ли?

— Вроде того.

Мы смеемся, и она лезет в карман.

— Подожди, Лейла учила меня делать селфи.

Она делает паузу, когда не находит свой телефон.

— Я опять его потеряла.

— Не волнуйся, я помогу тебе найти его. Я позвоню тебе.

— Он на беззвучном режиме.

— Где ты видела его в последний раз?

— Дома. Нет. В кладовке. Или это было в уборной?

Я смеюсь. Кенза постоянно играет в игру «потеряй и найди» со своим телефоном.

— Я пойду проверю кладовку, а ты проверь уборную.

Мы расходимся, и я направляюсь в небольшую кладовую, которая изначально была заполнена инвентарем для уборки. Теперь там хранятся все корзины и подарки, которые люди принесли для детей.

Что-то блестит на земле, и я встаю на руки и колени, чтобы проверить. Нет. Не телефон. Это обертка от леденца.

Я уже собираюсь встать на ноги, когда за мной щелкает дверь, и сиплый голос Джонатана заполняет пространство.

— Мне нравится вид.

Глава 26

Аврора

Мой позвоночник резко выпрямляется при звуках голоса Джонатана, ставшего уже очень узнаваемым.

Неважно, как часто я его слышу и сколько времени провожу в его компании. В нем всегда будет присутствовать пугающая грань, которой нужно подчиняться.

Даже поклоняться.

Несмотря на мои прежние возражения, я признаю, что нахожу убежище в общественной обстановке. Теперь, когда мы одни, у меня нет абсолютно никакой защиты против моего тирана.

Я вскарабкиваюсь на ноги, понимая, в каком положении нахожусь — на коленях, с задницей на виду у него.

Как только я встаю, у меня за спиной появляется обжигающее тепло, словно вулкан, готовый к извержению. Я даже не успеваю повернуться, как Джонатан хватает оба моих запястья и прижимает их одной рукой к пояснице.

Мое дыхание учащается, и этот знакомый жар пробегает по моим конечностям и оседает между ног.

— Ты думаешь, это нормально — бросить мне вызов, Аврора? — его голос понижается, когда его губы касаются кончика моего уха. — И это все?

— Я... я не знаю, о чем ты говоришь."

"— О, но ты знаешь. Вот почему ты делаешь это специально. Тебе нравится видеть, как я теряю контроль? — он толкает свои бедра вперед, и я с треском вдыхаю воздух, чувствуя, как твердая выпуклость прижимается к моей попке.