Моя спина выпрямляется, и я чуть не вскрикиваю, как девушка в беде, от этого сильного, властного тона.

За долю секунды вся атмосфера меняется с семейной и веселой на бурную и опасную, когда

Джонатан выходит на середину сцены, словно он здесь хозяин.

Слова священника и легкая болтовня изнутри фильтруются и растворяются в воздухе. Даже люди, приветствующие нас и проходящие мимо, сейчас могут быть невидимыми.

Все мое внимание приковано к человеку, стоящему передо мной в своем отглаженном черном костюме, бриллиантовых запонках и темных кожаных туфлях, в которых я могла бы увидеть свое лицо, если бы сильно прищурился.

В присутствии Джонатана есть что-то такое, от чего я задыхаюсь и застываю на месте без его прикосновения. Тот факт, что это происходит без усилий с его стороны, делает его еще более пугающим. Он — человек, облеченный властью, и он прекрасно осознает этот факт.

Я могу только наблюдать, как он доминирует над комнатой и всеми, кто в ней находится. А может, это только я.

Его черные волосы уложены назад, открывая сильный лоб и слишком острую челюсть.

Он слишком острый.

Все в нем — от костюма до лица и вплоть до его проклятого характера.

Сегодня он выглядит идеально — мужественный, ухоженный и готовый разрушать жизни. Что забавно, поскольку я не помню, чтобы когда-либо видела Джонатана растрепанным.

Похоже, что быть презентабельным — это его стандартный режим. Это продолжение его назойливой уверенности в себе и того, что, если он захочет, он может владеть любым местом, в которое войдет.

Затем я вспоминаю, что он не должен быть здесь. Я даже не сказала ему о благотворительном мероприятии.

— Что ты здесь делаешь? — я вытаскиваю себя из транса, в который меня вводит его присутствие.

Он кладет руку на карман.

— Меня пригласили.

— Нет, не пригласили.

— Черный пояс, — Джонатан поднимает бровь на Лейлу.

Мои глаза перебегают на виновницу рядом со мной, и я шепотом кричу:

— Ты пригласила Джонатана?!

Она притворно улыбается Итану, который встречает взгляд Джонатана своим, а затем Эльзе, которая, кажется, задыхается от напряжения.

Лейла оттаскивает меня за рукав платья в угол и говорит низким голосом:

— В свою защиту скажу, что я не думала, что он придет.

— Зачем ты вообще его пригласила?

— А как ты думаешь, почему? Его банковский счет и количество денег, которые он выписывает на чеки.

— Думала, ты ненавидишь Джонатана.

— Я не ненавижу его деньги. Давай, приятельница. Подумай о причине.

— Ладно. Но однажды я убью тебя, Лей.

— Я знаю, что ты меня любишь. Кроме того, тебе не нужно проверять часы, раз он здесь.

Я ударила ее по плечу, чтобы она замолчала, и она ударила меня в ответ, прежде чем мы снова присоединились к остальным.

— Извини за это, — Лейла усмехается.