Щенки возились на одеяле и пищали, уже сердито, вовсю. Собака в последний раз оглянулась на людей и стала лакать. Она была очень здоровая, и ей приходилось низко нагибать голову и сильно расставлять лапы, чтобы достать до миски.

Ольга за руку потянула Хохлова, он сделал шаг назад, чтобы не мешать, и издали они наблюдали, как ест большое и сильное животное, которое голодало всегда. Застарелый голод, который никогда не утолялся, держал собаку за горло, заставлял всхлипывать и стонать при каждом глотке, спина у нее мелко тряслась, как в ознобе, лопатки ходили ходуном под свалявшейся шерстью.

Иногда она поднимала голову, отдувалась, оглядывалась по сторонам и продолжала лакать.

— Пойду щи погрею, — тихонько сказала Ольга. — Не могу я на нее смотреть.

— Мяса положи, не забудь.

Собака вылизала миску, загнав ее в самый угол, потом зашла на одеяло, осторожно легла и в изнеможении прикрыла глаза.

Хохлов вытащил из угла миску, присел на корточки и погладил псину по голове.

— Как тебя звать-то, красавица?

Красавица не отвечала. Она вдруг шумно повалилась на бок, щенки засуетились и полезли ей под живот, и Хохлов понял, что она спит.

Она спит, как смертельно уставший, замерзший и изголодавшийся человек, который приготовился умирать, но добрался до сторожки, где жарко натоплена печь и сколько угодно тушенки, хлеба и чая.

Хохлов пошел на кухню и объявил, что щей пока не надо."

"— Куда ты их денешь, Митя? Галя этого не переживет!

— Галя уже не пережила, — объявил Хохлов. — То есть я не пережил Галю.

— Как?! Вы расстались навсегда?

— Ну тебя к шутам. — Хохлов сел и выложил на стол сигареты. — Ладно, пристроимся как-нибудь. Найму няньку.

— Для щенков?!

— И для их мамаши.

Оль, как ты думаешь, как ее зовут?

— Шарик?

— Сама ты Шарик! Она же девочка!

— Тогда, значит, Тяпа.

— Тяпа?

Хохлов задумался. Тяпа — хорошее имя для собаки, которую нашли в подвале с детьми и чуть не удавили на месте. Только уж больно она… огромная. Тяпа должна быть мелкой, вертлявой, хвост бубликом!

А какой хвост у этой собаки? Хохлов не обратил внимания.

— Ну, одного мы заберем, — сказала Ольга, как будто это было нечто само собой разумеющееся. — Только пусть чуть-чуть подрастет. Интересно, там есть хоть один мальчик? А остальные? Хотя что теперь думать, раздадим всех, да, Мить?

Хохлов выбрался из-за стола, промаршировал к плите и с чувством поцеловал ее в щеку.

— Ты что, Митя? — Кажется, она удивилась. Или в самом деле не понимала?..

— Я нашел зажигалку, — сообщил Хохлов. — Она у меня в куртке. И сломанные кусты, словно кто-то лез через сугроб. Эта милейшая женщина, ваша домоуправ, сказала, что вчера кусты не были сломаны. Значит, кто-то лез через них именно ночью, когда убили Кузю. Я не знаю, имеет это отношение к делу или нет, но это странно.