И тогда Гарри увидел, как слева за изгородью показалось нечто огромное — оно стремительно двигалось им наперерез. Оно перемещалось с такой скоростью, что Седрик непременно с ним столкнётся, — но взгляд Седрика был устремлён на Приз, и он не видел ничего вокруг...

— Седрик! — завопил Гарри. — Слева!

Седрик оглянулся как раз вовремя. Он прошмыгнул мимо громадного существа и сумел избежать столкновения, но споткнулся. Палочка вылетела у него из руки, а на дорожку вывалился гигантский паук и зашагал прямо на Седрика.

— Обомри! — закричал Гарри. Заклинание шарахнуло по огромному волосатому паучьему телу, но результат был ничтожен, с тем же успехом можно было кинуть камушком — паук дёрнулся, быстро перебрал ногами и кинулся на Гарри.

— Обомри! Импедимента! Обомри!

Бесполезно — паук был то ли слишком большой, то ли слишком волшебный, и заклинания только раззадоривали его. Гарри успел увидеть восемь горящих чёрных глаз и острые бритвы ротовых клешней — и паук бросился.

Передними лапами он поднял Гарри в воздух; Гарри отчаянно сопротивлялся. Брыкаясь, он попал ногой по клешням и в ту же секунду почувствовал невыносимую боль — услышал крик Седрика: «Обомри!» — но и это ничуть не помогло — паук распахнул клешни, однако Гарри успел поднять палочку и закричал:

— Экспеллиармус!

Сработало! От разоружного заклятия паук бросил жертву на землю, но в результате Гарри свалился с двенадцатифутовой высоты на повреждённую ногу, которая как-то неестественно под ним смялась. Не думая ни секунды, Гарри, вспомнив дракла, прицелился в паучье брюхо и выкрикнул:

— Обомри! — одновременно с Седриком.

Соединившись, два заклинания сделали то, чего не смогло одно, — паук повалился набок, примяв ближайшую изгородь и перегородив дорогу клубком волосатых лап.

— Гарри! — донёсся крик Седрика. — Ты цел? Он не на тебя упал?

— Нет! — закричал в ответ Гарри. Он посмотрел на свою ногу. Та вовсю кровоточила. На порванной мантии осталось пятно густой и клейкой паучьей слюны. Гарри попытался подняться, но нога отказывалась его держать. Он прислонился к изгороди, судорожно дыша и озираясь.

Седрик стоял в нескольких футах от Тремудрого Приза, тускло мерцающего у него за спиной.

— Ну чего, бери, — с трудом выговорил Гарри. — Давай, бери. Ты же рядом.

Но Седрик не двигался. Он стоял и смотрел на Гарри. Потом обернулся и посмотрел на Приз. В золотом сиянии кубка Гарри увидел на лице Седрика тоскливое вожделение. Седрик снова обернулся к Гарри — тот теперь хватался за кусты, чтобы не упасть.

Седрик сделал глубокий вдох.

— Нет, ты бери. Ты должен был выиграть. Ты здесь уже дважды спас мне жизнь.

— Нет, так не положено, — ответил Гарри. Он рассердился.