Островок из плоского тёмного камня оказался не больше кабинета Дамблдора. Он был совершенно пуст, не считая источника зеленоватого свечения на небольшом каменном возвышении. Гарри покосился на свет, ставший ещё ярче; поначалу он думал, что сияние исходило от некоего подобия лампы, но на вершине пьедестала стоял камень в форме чаши, похожий на думоотвод.

Дамблдор приблизился к пьедесталу, юноша — тоже. Стоя бок о бок, они заглянули внутрь чаши; камень был полон светившейся изумрудной жидкостью.

— Что это? — прошептал Гарри.

— Точно не знаю, — отозвался директор. — Но, в любом случае, оно внушает мне гораздо бульшие опасения, нежели кровь и трупы.

Дамблдор откинул рукав мантии на повреждённой руке и потянулся кончиками обожжённых пальцев к поверхности зелья.

— Нет, сэр, не трогайте!..

— Я и не могу, — слабо улыбнулся профессор. — Видишь? Не могу дотянуться. Попробуй сам.

Не моргая, Гарри опустил руку в чашу и попытался коснуться жидкости, но наткнулся на невидимый барьер в дюйме от зелья. Как юный волшебник ни старался, пальцы встречали лишь прочную гибкую пустоту.

— Отойди в сторону, пожалуйста, — попросил Дамблдор.

Он поднял волшебную палочку и, что-то прошептав, совершил сложные движения над поверхностью зелья. Ничего не произошло, только субстанция засветилась чуть ярче. Пока Дамблдор работал, Гарри хранил молчание, но стоило директору опустить палочку, юноша решил, что теперь можно спрашивать.

— Вы думаете, хоркрукс там, сэр?

— О да, — Дамблдор пристальнее вгляделся в чашу. Гарри видел его перевёрнутое отражение на гладкой поверхности зелёного зелья. — Только вот как до него добраться? К зелью нельзя прикоснуться, его нельзя стереть, разделить, собрать или выкачать отсюда. Равно как и преобразовать, зачаровать или иным образом изменить его сущность.

Директор рассеянно поднял волшебную палочку, очертил в воздухе круг и поймал возникший из ниоткуда хрустальный кубок.

— Приходится заключить, что зелье нужно выпить.

— Что?! — воскликнул Гарри. — Нет!

— Боюсь, это единственный выход. Только выпив его, я осушу чашу и узнаю, что скрыто на дне.

— А вдруг… вдруг зелье убьёт вас?

— Вряд ли оно так действует. Лорд Волдеморт не захотел бы убивать человека, попавшего на этот остров.

Гарри не мог в это поверить: неужели Дамблдор стремится видеть хорошее в каждом, даже в Тёмном лорде?

— Сэр, — начал юноша, стараясь придать голосу убедительности, — сэр, мы говорим о Волдеморте…

— Прости, Гарри, мне следовало пояснить: он не хотел немедленно прикончить попавшего на остров. Имеет смысл сохранить гостю жизнь ровно на столько времени, сколько потребуется, чтобы узнать, как он сумел пробраться так далеко, обойти защиту и, главное, почему хотел опустошить чашу.