На многих этажах уже полным ходом шел ремонт, а банкет проходил как раз в том зале, этажом выше, где Тимур и она…

Тимур тоже вспомнил, с ухмылкой посмотрел на нее и сжал пальцы. Сегодня он был таким, как раньше, наверное, тоже устал воевать с самим собой, Динке даже было его жаль. Не все так умеют договариваться с собой, как она, что тут поделаешь.

Гости прибывали и прибывали, официанты начали разносить напитки, и Дина тайком посочувствовала ребятам, которые вместо того, чтобы встречать Новый год в своих компаниях, обслуживали гостей Макса и Маргариты.

С другой стороны, тариф на таких банкетах был тройной, а напиться под елкой вполне можно и завтра. Динка вот вообще не пила ничего, кроме сока.

Наконец, явились хозяева праздника, и она против воли почувствовала, как у нее внутри все сжимается от страха. Казалось, даже ее сын свернулся клубком и забился в самый дальний угол. Она посмотрела на Максима, и теперь уже узел свернулся в груди — он выглядел уставшим, похудевшим, и эта короткая стрижка, она совсем ему не идет. А в плечах будто еще шире стал. Марго рядом цвела, как роза, но никаких признаков ожидания наследника видно не было, а там, кто его знает.

Они стали полукругом под невысокой сценой, на которую вышла Марго. Короткая речь об уходящем годе была наполнена признательностью самым разным людям, всем присутствующим, а главное, мужу, который нога в ногу, то есть рука об руку шел с ней по этому нелегкому пути, служил защитой и опорой…, и все в таком духе. А потом протянула руку, и к ней поднялся Максим. И у Динки снова сдавило под лопаткой. Наверное, только на том свете она перестанет реагировать на его взгляд, пристальный и изучающий, от которого по позвоночнику бежит холодная струйка.

Динка теснее прижалась к Тимуру, которого держала за локоть, и он как почувствовал, забрал локоть и обнял ее в кои-то веки за талию, положив ладонь на верх живота. И тут Дина увидела, каким прожигающим взглядом уставился на ее живот Максим, и глаза его были как одна большая могильная плита, медленно опускающаяся на нее и хоронившая все, что вообще их когда-нибудь связывало.

Глава 43

Он совладал с собой практически сразу, но Динке теперь было страшно вообще попадаться ему на глаза.

Ну почему Тимур не отпустил ее к маме? Как бы так сбежать отсюда пораньше, может, притвориться, что ее тошнит? Или сознание потерять, чтобы наверняка. Тимур испугается и отправит ее домой, а сам, конечно, не поедет."

"До Нового года еще оставалось больше получаса, а она уже выпила столько сока, что чувствовала себя аквариумом, роль аквариумной рыбки с успехом выполнял ее беспокойный ребенок. Пора было отправляться на поиски работающей дамской комнаты.