Она зажмурилась и вцепилась в лацканы его пиджака, он продолжал держать ее так бережно, словно боялся сломать, а сам стоял, почему-то запрокинув голову. Они не знали, сколько так простояли, пока за окнами не начали взрываться фейерверки.

— Макс, мы что, пропустили Новый год? — она испуганно вскинула голову, а он наоборот, опустил.

— Нет. Похоже, мы его здесь встретили, — Максим с видимой неохотой выпустил ее из рук, — но лучше нам вернуться. Пойдем, я выведу тебя на лестницу, тебе нужно подняться на три этажа вверх. А я пойду по другой, — и добавил, прищурившись, — надоело от Тамерлана по морде отгребать.

Он довел ее до лестницы, еще раз взял обе руки в свои и поцеловал в ладони.

— С Новым годом, Дина!

— С Новым годом, Макс! — она погладила пальцами уголок сжатых губ, а затем развернулась и почти побежала по ступенькам наверх, пытаясь унять бухающее, как набат, сердце.

***

— Дина, где ты была? Ты все пропустила, — Тимур с недовольным лицом шел ей навстречу, а она сразу заметила, что в руке он сжимает трубку. Значит, Лена не в накладе. — Ты не видела Максима? Там Марго белугой ревет, он снова куда-то пропал.

— У меня в туалете задвижку заклинило, а потом я заблудилась, — Динка прошла вперед, пряча глаза от мужа. Ей не хотелось отвечать на вопросы, впрочем, Тимура, кажется вполне устроила ее версия.

Домин явился почти сразу же, он зажимал одной рукой кисть другой, из которой сочилась кровь. Деловито подошел к столику и начал поливать рану водкой. Разбил рукой стекло? Или правда случайно свалился и поранился? Как бы то ни было, уже и Марго забыла об обидах, мечутся все вокруг, суетятся, салфетку на руку наматывают.

Вот он что-то говорит жене, усевшись за дальний столик и опершись спиной о стену, а та сидит рядом, по руке сочувственно гладит. Да, в нем явно умер талантливый режиссер-постановщик."

"Динка отвернулась и старалась больше на Максима не смотреть, но он словно притягивал ее взгляд, она даже злилась на себя. Макс сидел, закрыв глаза и откинув голову, а к нему без конца тянулась вереница подданных с челобитной, как пошутил Ворон. Он вытащил ее танцевать, старался растормошить и рассмешить, но почувствовав ее настроение, в конце концов отстал.

Наверняка списал такое состояние на обычные для беременных перепады.

Тимур сам предложил ей уехать пораньше и, на удивление, поехал с ней. Динка лежала в постели и пыталась вспомнить посекундно такую странную и неожиданную встречу, но почему-то вспоминалось лишь, как Максим обнимал ее, закинув голову, а за окном взрывались фейерверки.

Скрипнула дверь, и рядом прогнулась кровать.

— Я не могу уснуть, Дина, — Тимур склонился над ней, и она поспешно закрыла глаза.