Что мы расстаемся. Дело не в деньгах.

– Не понял? Ведь он был хам. Сволочь.

– Он был настоящий мужчина, – опустила глаза Лана.

Леонидов в который раз подивился женской логике.

– Когда Серебряков не пришел в десять часов, я удивилась. Он был человеком пунктуальным. Потом подумала: кинул. Не будет денег. Позвонила чуть попозже на мобильник – не отвечает. Ну, думаю, завтра разберемся. Не на ночь же глядя к нему нестись. Уселась смотреть сериал. Постаралась успокоиться. А ночью милиция в дверь позвонила. С постели подняла. Вот тут-то я и поняла: плакали мои денежки, пятьдесят штук.

Но сказать, что у него при себе должны были быть такие деньги… Ведь денег не нашли. Может, и не было их? – вздохнула Лана.

– Интересно, что же это за женщина? В которую влюбился Серебряков? – спросил Алексей, хотя ответ на этот вопрос он уже знал. Не знал только имени.

– В любом случае ей повезло. Раскрутить Серебрякова еще никому не удавалось. Хотя я старалась. Очень.

– Вы на него на мертвого даже взглянуть не захотели, – напомнил Алексей.

– Я покойников до смерти боюсь. Да и не хотелось мне видеть его таким. Беспомощным.

– Значит, так и запишем: денег вы не брали. Хотя вез он их вам.

– Пиши. Только не таскай меня в ментовку. И к следователю. У меня регистрации нет. И вообще…

– Что, темное прошлое?

– Ну…

– Звоночек один можно от вас сделать, Светлана Анатольевна?

– Звони, – пожала плечами Лана. – Телефон в комнате. Подслушивать не буду. Кофе сварить?

– Не откажусь.

Пока Лана варила кофе, он позвонил начальству. Отчитаться. Скажут, Леонидов прогуливает, а он на задании. Работает в поте лица.

– Товарищ майор, капитан Леонидов рапортует!

– Только не говори, что взял больничный…

– Что вы, товарищ майор! Как можно, когда страна в опасности! Я на боевом посту.

Допрашиваю свидетельницу. Согласно плану оперативно-розыскных мероприятий, одобренному лично вами.

– Ну и как успехи?

– Допрос окончен, протокол составлен.

– Деньги нашел?

– Пока еще нет. Но есть мысль. Мне надо установить личность женщины, к которой предположительно собирался уйти Серебряков.

– То есть?

– Из семьи. И по этой причине дал отступного любовнице. Те самые пятьдесят тысяч. То есть собирался дать.

– Выясняй, – сказал после паузы майор.

 – Вечером ко мне. С результатом.

– Есть!

Прежде чем пойти пить кофе, Леонидов сделал еще один звонок. И еще. Потом подождал ответа.

– Если у меня теперь ментовская хаза, не мешало бы заплатить. Хотя бы за свет, – сказала, заглянув в комнату, хозяйка.

– Уже ухожу.

– А кофе?

– Давай, только по-быстрому.

Несмотря на возникшие между ними разногласия, приведшие к разрыву отношений, Светлана Анатольевна сделала ему не только кофе, но и пару бутербродов. Которые Леонидов съел с аппетитом.