Конечно, на следующий день опоздание, выговор, снятие премии и все такое. В зарплату хлоп – опять стольника нет. Этот му… Простите, Валера сек каждое утро: кто опоздал, насколько опоздал. А сам такой му… Простите, всю работу в магазине завалил. Поэтому я не стал дергаться, когда Паша сказал, что работы в торговом зале осталось только на одного менеджера. Я был уверен, что оставят Борьку, и ушел спокойно. У Борьки семья, пацан, ему вкалывать надо, а я птица вольная. Да мне и по фигу, что эта работа, что другая. Потом звоню: «Как там, Борис, в нашем любимом магазине?» А он мне обухом по голове: «Я там больше не работаю, меня уволили». Мол, Иванов взял менеджером двоюродного брата. Тут я психанул, конечно, хотел идти бить рожу этому жирному борову, да тут халтурка подвернулась, забегался, а потом и остыл. Борьке ведь это не поможет.

– А говорят, разок смазали? А? Му… Простите, Валерию Валентиновичу.

– Ха-ха! Борис рассказал? Так это когда было! Я мужик горячий, но отходчивый. Камень за пазухой держать не умею.

– И все-таки, Михаил Анатольевич, где вы были двадцать девятого августа около десяти часов вечера?

– Это вопрос! Двадцать девятого! У меня зарплата не по первым числам идет, мне все едино, что двадцать девятое, что пятое. Какой хоть день недели был?

– Понедельник, говорят.

– По понедельникам у меня обычно отходняк. Дурной день, никчемный. Спал, наверное, где ж я был! Двадцать девятое, двадцать девятое… Двадцать седьмого гуляли у Аньки на свадьбе, это я точно помню, в ресторане гуляли. В воскресенье похмелялись уже у них дома, это тоже помню. А в понедельник я поехал к той бабе, что в ресторане снял, на свадьбе. Показалось, что хорошенькая. Сколько же я выпил, интересно? И чего только спьяну не померещится! Короче, оставила она мне свой телефончик, а я, недолго думая, взял да и звякнул в понедельник. Думаю, куй железо, пока горячо, а то потом и не вспомнит. Деваха меня вспомнила, договорились о свидании, я с утра побрился, одеколоном облился, к обеду уже был в форме. Выхожу из метро… Матерь Божия! На полголовы выше меня, ноги худые, нос длинный! Баба Яга, честное слово! Но куда деваться?!

– Значит, вечер вы провели с той девушкой? У нее дома?

– Смеешься! Чего мне с ней дома делать? Я ж говорю, ошибочка вышла. Я повел ее в кабак. Думал, отвяжусь. Напою, накормлю, посажу в такси – и до свиданья.

– В котором часу вы были в ресторане? И где именно?

– Да с восьми. Вечера, разумеется.

– У вас есть ее адрес, телефон?

– Да я ее забыл, как страшный сон!

– Придется вспомнить.

– Ты подо что меня подводишь? – кисло спросил Коваленко. – Может, мне на ней еще и жениться?

– А это уж как она скажет! – злорадно усмехнулся Алексей. Мысль о женитьбе Михаила Коваленко на длинноносой девице показалась ему забавной.