От его интонаций даже мне в обмороке было не по себе.

– Они прислали нам ветеринара, Валентайн. Ветеринара! Раз они считают нас животными, почему нам относиться к ним иначе?

Ну все, тут у меня кончилась знаменитая семейная выдержка, и я, с трудом ворочая ватным языком, произнесла:

– Еще раз назовешь меня ветеринаром, лечиться будешь в хлеву.

Голоса стихли, а я, наконец, продрала глаза.

Я надеялась найти себя в лазарете, но это было бы слишком просто. Моя герцогская тушка лежала на мешке с сеном у какой-то каменной стены. Рядом стояли трое: уже известный мне Лорк, широкоплечий мужчина с военной выправкой и впечатляющим шрамом через лицо, и еще один парень – статный зеленоглазый блондин. В нем легко угадывался аристократ – такую красивую породу не могла скрыть даже скучная форма Темнейшей академии.

Мы встретились глазами с блондином, и на одно мгновение мне показалось, что я его уже где-то видела. А потом он моргнул, и ощущение пропало. Впрочем, вместе с его серьезным видом.

– Проснулась, красавица?

– Что произошло? – нахмурилась я.

– Вы прибыли в Темнейшую академию, – задрав нос, пояснил Лорк.

– У вас всех гостей так встречают? – приподняла я бровь.

– Только светлых, – ядовито ухмыльнулся помощник ректора, а в следующее мгновение блондин отвесил ему смачную затрещину, что тот не удержался на ногах и рухнул на брусчатку.

– Не обращайте на него внимания, – произнес блондин, с таким видом, словно ничего особенного не произошло. – Он у нас кабинетный работник и немного теряет связь с реальностью.

Я не слишком изящно поднялась, чтобы отблагодарить присутствующих за спасение, но едва встала, как ногу прострелила зверская боль.

– Ш-ш-ш-ш… – с шипением плюхнулась обратно на тюфяк.

– Что с вами? – нахмурился мужчина со зверским шрамом.

Я осторожно приподняла край юбки и увидела очень нехорошую рану на ноге – там, где меня хлестнула туманная лоза. Как будто приложили раскаленный прут, а сверху еще и солью посыпали.

Присутствующие мужчины выругались и начали суетливо обсуждать, что нужно быстро будить какую-то Джинни, сетовать, что Эльзу уехали, и считать, хватит ли на меня койки в лазарете.

И пока они были увлечены спорами о том, как быть со мной дальше, я тихонечко себя залечила. Ощущения были не из приятных – лоза, очевидно, была ядовитая, а потому пришлось еще и кровь чистить. Короче, когда последняя зеленая искорка моей магии погасла, я поняла, что вокруг подозрительно тихо.

Подняв глаза на мужчин, я почувствовала себя так, как будто снова оказалась в больнице для малоимущих, и главный лекарь щиплет себя за руку, пытаясь понять, не мерещусь ли я ему.

– Настоящая целительница… – пролепетал Лорк, вытаращив глаза.