Ваш с Карин договор я оформила как надо и отправила в магистрат, так что все у вас теперь официально.

— Спасибо, — искренне сказала я и, взяв листок, направилась к лестнице. И, уже стоя у ступеней, повернулась к квэнни Рилле. — Вы передадите Гелу наш новый адрес? Он просил…

— Передам, — улыбнулась она, — Сиреневая улица, дом тридцать семь — все помню, все расскажу.

Поднимаясь по лестнице, столкнулась с той неприятной женщиной, что хотела присматривать за Деми. Как же ее зовут? Ох, мы так и не познакомились… Ну да оно и к лучшему.

— Доброго утречка, — расплылась она в улыбке, — покидаете нас, да?

Ее цепкий взгляд прошелся по листку, который я держала в руке.

— Доброе утро, пока неизвестно.

— Ну да, ну да, — покивала наша вынужденная соседка. — У меня-то последний денечек, так что пойду-ка я работу искать, мне ж все с небес не падает.

""Как некоторым"" — это читалось в ее глазах.

""Молчи, Эйлин"", — приказала я себе и прошла мимо нее.

— Попомнишь меня, гордячка! — донеслось мне в спину.

— Не советую вам со мной связываться, — отчеканила я, круто развернувшись, — защищая свою семью, я ни перед чем не остановлюсь.

Она побледнела и устремилась к лестнице.

""Ну вот зачем? Почему не промолчала?!"" — спросила я сама себя, а после вдруг отчетливо поняла: устала. Устала молчать, терпеть и прятаться. Устала принимать чужое хамство как должное!

— Не стоит так реагировать, она очень грубый человек, — тихий голос заставил меня вздрогнуть.

Это была Карин. Она стояла в дверях своей комнаты и грустно улыбалась.

— Она всегда говорила, что моя судьба — сгнить в канаве, а тут раз — и не по ее вышло.

— Вот уж точно, — я настороженно смотрела в сторону лестницы, — вот уж точно.

— Это же моя работа, — мягко напомнила Карин, — к тому же Демельза очень чуткий и ответственный ребенок. А вы идете смотреть дом?

— Да, — я протянула ей листок, — вам знакома эта улица?

Карин приняла листок, чуть неловко развернула и кивнула:

— Хорошее место. И, кстати, через улицу начальная магическая школа. Я могу рассказать Деми о цвете, светотенях и прочих художественных премудростях, но все остальное… Боюсь, что я бессильна.

— Ох, Мать-Магия, сколько всего всплывает, — вздрогнула я. — Но школа — это хорошо, школа — это прекрасно.

"Мы с Карин вновь обменялись жетонами от комнат, и я, прихватив сумочку и проверив наличие кошелька, выскользнула из Лисьего дома. Путь мой лежал на Сиреневую улицу, дом тридцать семь.

И надо же такому случиться, что мы столкнулись на остановке с нашей неприятной соседкой. Впрочем, это было логично, но мне это совсем не понравилось. Вот только Кальстор большой и пешком идти слишком долго.

Сойдя на своей остановке, я поймала ее взгляд и, поежившись, принялась рассматривать дома и их номера.