— Тогда мы с Tшeppом пойдем собирать провизию, — Деми вздернула носик, — а то пёса голодный, он уже три часа ничего не ел!

— Мяса побольше возьмите, — крикнула я в спину дочери. — Иногда мне кажется, что расходы на еду — это самая большая графа.

Гел вздохнул:

— Ну ты же понимаешь, что мы не можем ограничить Tшeppа? У него теперь грозная защитница.

— Дя! — припечатал Грег.

И мы, рассмеявшись, отправились к кладовым. Надо все же проконтролировать сборы. А то Гелу придется пирожные жарить. А он, как мне кажется, не слишком любит сладкое.

«Если это сладкое не находится на мне», — промелькнула совершенно лишняя мысль. Мысль, которая навеяла воспоминания о сегодняшней ночи.

— Знаешь, невзирая на все трудности, — я поудобнее перехватила Грега, — я бы ничего не изменила в своей жизни.

— И я, — согласился Гел. — Мы шли долгим, кружным путем, но…

— Но наши дети окупают все наши страдания. И прошлые, и будущие.

А в самом ближайшем будущем нам предстояло выложить из большой корзины несколько коробочек с пирожными и погрузить туда маринованное мясо. И все это под горестные вздохи Tшeppа и Деми. И, к своему стыду, вынуждена признать: если стоять спиной, то не отличить, кто именно сейчас вздыхает.

Нас ждали далекие проблемы: новые торговые и союзные договоры, выдача Кельрана и его пособников, а также новые имперские подлости, ведь Срединная Империя забыла о чести."

"Но еще нас, вот прямо сейчас, ждет большой семейный выезд. А это самое главное. Нас много, и мы счастливы. Север подарил мне все, о чем я только могла мечтать. И я полюбила этот суровый край всем сердцем.

— Но ведь сладкого совсем не осталось!

— Оно во второй корзине, — терпеливо произнес Гел.

И я, оставив пафосные размышления, поспешила к семье. Надо и нам с Грегом внести свою лепту в сборы, а то больно легко и просто все получается!

Koнeц"