— Я пока не решил, как тут быть.

— А ты понимаешь, что ты их беспомощность только спонсируешь? — Наседаю на отца. — Если ты думаешь, что они ребенку что-то покупают, то нет! Я сегодня видела Тату в магазине. Вот прям перед тем, как ехать к вам. В ее корзине была алкашка, закуска и ничего для ребенка!

Отец морщится, хватаясь за сердце.

— Пап?! — Тут же пугаюсь я. — Ну ты чего?

— Все нормально, иди. Вон, Катя на стол накрывает. Помоги…

Понимая, что сейчас больше ничего от него не добьюсь, ухожу с дороги.

Выходной проходит дальше своим чередом и только к вечеру, когда мы грузимся с мужем в машину, меня снова нагребает разными мыслями.

Руслан, конечно, это замечает.

— Что-то не так? — Внимательно поглядывает на меня. — Вы с отцом не поругались? Даже обниматься на прощание не стали…

Я поджимаю губы, сдерживая слезы.

— Он маме с Наташей деньгами помогает. Они их из него тянут и тянут. А Катя против. Сердится. Папа переживает…

— Для всех хорошим не будешь, — резонно подмечает муж. — Интересно получается, что пока ты хороший для того, кто этого не ценит, ты не берёшь в расчет чувства тех, для кого ценен сам.

— Откуда такая философия? — Удивляюсь.

— Жизненный опыт! — С веселым апломбом изрекает Руслан. — Всю жизнью это смотрел, как дед метался между отцом и дядькой. И все не мог отгадать почему…

— А сейчас отгадал? — Зарождается во мне интерес к мыслям мужа.

— Мы когда ещё за детей судились, один из нотариусов, что отвечал за завещание, сказал мне, что дед мною бы гордился. Я тогда был в такой запарке, что не придал этому значения, а пару недель назад, когда в документах ковырялся, нашел свидетельство о рождении отца. Оно выдано на два года позже, чем дата рождения. Понимаешь?

— И что? — Хмурюсь задумчиво. — Может быть, потеряли? Восстановили."

"— Нет, — качает головой Руслан. — Мой отец приемный. Я документы в архиве поднял. А вот дядька родной. Потому дед и не мог смириться с мыслью, что из его родной крови не выросло ничего путного.

— Вот это поворот… — шепчу шокировано.

— Да, — хмыкает Руслан. — Отцу решил не говорить, поэтому ты тоже помалкивай. Я тебе это говорю к тому, что Наталья сведет отца в могилу. Катерина не за деньги злится, а за то, что отца после каждого звонка сердце хватает.

— Ну с этим же надо что-то делать!

— Забрать ребенка твоего бывшего себе? — Хмыкает муж. — И ребенка моей бывшей. Еее…

— Дурак! — Бью его ладошкой по плечу и обижено на пару минут отворачиваюсь к окну.

Но ситуация мысли не отпускает.

Я думаю о ней весь вечер и всю ночь, пока меня мучает изжога после съеденного шашлыка.

А к утру принимаю, кажется, единственно верное решение…

— Руслан… — говорю мужу, ставя на стол тарелку с яичницей. — Давай заберём девочек. Обеих.

— Чего? — Не въезжает сначала муж.