Меня зовут Ариэль Воронцова, и я в глубокой за... саде.Все началось на кладбище, когда я потеряла туфельку, а закончилось беременностью, слезами и побегом от неверного мужа.Или не закончилось? И судьба вновь столкнет меня с этим наглым и дико самоуверенным гадом, чтобы проверить на прочность наши чувства?Ну уж нет! Я на такое не подписывалась! Нам с детьми и без этого бабника отлично живется!ОДНОТОМНИК

- Поль, ты уверенна, что это здесь? - прошептала я, разглядывая припорошенную комьями грязи мраморную плитку с выбитыми на ней именем и датами жизни, - тут написано Луниания Кшиштовская. Такие имена вообще бывают? Сто пятьдесят лет. Да столько не живут!

Словно пытаясь нагнать на меня еще больше страха раздался оглушительный гром. А вслед за ним ярко-белая молния рассекла ночное небо, на мгновение осветив городское кладбище, где в этот поздний час не было ни души.

Не считая нас Полиной.

А еще сотен ютившихся под землей скелетов.

И одного трупа, в багажнике машины.

- Уверена. Это мы ее по-домашнему Нией Сергевной звали. Долгожительница. А фамилия девичья. Не любила бабка свое полное имя, оно ей от матери досталось, а та их с прадедом бросила и укатила со своим балетмейстером в закат, - подсвечивая телефонным фонариком, подруга рылась в своей безразмерной сумке, пока не вытащила из ее недр зонт и не раскрыла его прямо над нами.

Как раз вовремя, так как мелкий, моросящий дождь, стремительно превратился в ревущий поток сплошного ливня, что водопадом обрушивался на землю.

- Все же зря мы сюда приехали. Нехорошо это. Человек умер, а мы. Даже погода намекает.

- Эль, ну не будь занудой. Твой облезлый мужик бы тебя за это по головке не погладил. Места рядом с собратьями ему не досталось, так пусть хоть бабулю мою развлекает. Змеюка, правда, та еще была, никто с ней ужиться не мог, только братца любила и ему же все свое наследство оставила, а этот придурок даже на похороны не приехал, - вслед за зонтом, Полина извлекла из сумки небольшую лопату с коротким черенком и бросила ее на землю, - копай. Земля рыхлая, легко должно идти. Только не глубоко, а то еще в бабулю упрешься.

- А ты мне не поможешь, что ли? - подняла я на нее жалостливый взгляд.

- Эль, я бы, конечно, с радостью, но... я не хочу, - сделав губы уточкой, грустно протянула Поля. Выглядело это так мило, что даже не обидишься, - плюс я только с салона. Завтра обед с Елагиными, а если этот зеленоглазый козел, их сынок, увидит у меня под ногтями грязь или облупившийся лак, при всех на смех поднимет. У-у-у, придушила бы.

- Тебе давно пора высказать Глебу все, что ты о нем думаешь.

- Я и так высказываю, правда. про себя. Как не печально это признавать, он умнее и парой фраз меня так приложить может, что потом только слезами умываться.

- Ладно, держи зонт, я сама.