Откинувшись на спинку кресла, Нили с благодарностью затянулась своей первой за последние двенадцать часов сигаретой. От первой затяжки у нее закружилась голова, после второй она почувствовала себя лучше, а третья окончательно вернула ей способность логически мыслить. Подумать только, ни единой сигареты со вчерашнего дня. И это у нее, которая выкуривала по две пачки в день. Медленно поднявшись, – сигарета придала ей спокойствие и уверенность в себе, – она подошла к письменному столу, за которым сидела мисс Уэстон.

– Мне хотелось бы позвонить по телефону, – сказала Нили.

 – Куда нужно пройти?

– Звонить по телефону не разрешается, – любезным тоном ответила мисс Уэстон.

– Но как же мне связаться с моими друзьями?

– Вам разрешается писать письма.

– Могу я получить бумагу и ручку? Сестра посмотрела на свои часы.

– Думаю, вам лучше подождать. Через пять минут вас будет осматривать врач.

– Доктор Холл?

– Нет, доктор Фельдман. Просто обычный обход. Это оказался терапевт, а не психиатр. Он взял у нее кровь из пальца и прослушал сердце.

Нили попросила медсестру зажечь ей спичку, чтобы прикурить вторую сигарету.

К ней подошла привлекательная темноволосая женщина.

– Не расстраивайтесь из-за этих анализов. Просто им нужно удостовериться, что вы здоровы. Как бы они чувствовали себя, если бы вы вдруг умерли от рака или еще от чего-то, в то время как лечат вас от психического заболевания?

Нили внимательно вгляделась в женщину. Ее можно было бы назвать красивой, если правильно наложить косметику. Скулы расположены как нельзя лучше, а черные глаза так и сверкают. Должно быть, когда-то у нее была отличная фигура, но сейчас она сильно располнела.

По оценке Нили, ей было лет тридцать. Женщина села. В руках она держала квадратную коробку.

– Меня зовут Мэри Джейн. Позволь нарушить твое уединение. Когда пойдешь в спортзал, купи себе почтовой бумаги. Она стоит один доллар.

– Но у меня нет денег. Мэри Джейн улыбнулась.

– Платить не нужно, это входит в стоимость твоего лечения. Но ты можешь пользоваться бумагой как записной книжкой. – Она открыла свою коробку. В ней была бумага и пачка сигарет.

– А где ты достала…

Женщина сделала знак, чтобы Нили замолчала.

– В дни посещений разрешается сидеть с посетителями и курить одну сигарету за другой.

Пусть тот, кто навещает тебя, принесет сразу блок. Ты его спрячешь, и в то время, когда разрешается курить, ты сможешь выкуривать штук по десять за раз.

– Но ведь спички-то зажигают они и заметят, если ты выкуришь больше, чем две.

– Медсестры тоже сочувствуют нам. Ты всегда можешь прикурить от чьей-нибудь сигареты. Это разрешается. Нам, душевнобольным, только спички нельзя держать. Но сестрам совершенно безразлично, по сколько штук мы выкуриваем.