Праздник должен быть для всех! В огороде, в кустах смородины, я заметил двух лейтенантов из охраны, а еще за оградой офицеры стояли… Даже не знаю, сколько их там… Дайте охране несколько бутылок водки и организуйте какой-нибудь хорошей закуски. Пусть тоже нашу победу отметят! А потом, глядишь, служба как-то веселее пойдет.

– Не беспокойтесь, товарищ Сталин, сделаем все как полагается.

Прислушавшись к далеким разрывам авиабомб, Иосиф Виссарионович спросил:

– Где это бомбят, никак не могу понять?

– Немецкие бомбардировщики бомбят железнодорожный узел во Ржеве.

– Надеюсь, это никак не помешает нашему возвращению в Москву? Мы завтра выезжаем обратно.

– Никак нет, товарищ Сталин, – уверенно отвечал Иван Александрович. – Железнодорожные пути будут наложены в срок.

– Надеюсь, что так оно и будет, – сказал Сталин и прошел в свою комнату.

Иван Серов подошел к столу, на котором стоял телефон ВЧ-связи, и произнес:

– Соедините меня с начальником транспорта!

Еще через минуту Серов услышал бодрый голос начальника подразделения:

– Товарищ заместитель министра, генерал-майор Лукашев на связи.

– Доложите обстановку.

– Все получилось именно так, как вы и говорили. Собранный состав немецкая авиация приняла за спецсостав товарища Сталина. Они его просто в клочья разнесли!

– Очень хорошо. До утра нужно будет починить все железнодорожные пути. Сделаете?

– Сделаем, товарищ заместитель наркома, для нас это не впервой. Будем работать целую ночь, а с поставленной задачей справимся. Если потребуется дополнительная техника, подгоним! Нехватки в людях тоже не будет.

– Вы должны понять, что не должно быть ни минуты задержки! Если пойдет что-нибудь не так, докладывайте!

* * *Лес в полуночный час выглядел почти зловещим. Гайдук продрался через молодой ельник, норовивший сорвать с него одежду, расцарапать лицо в кровь, и вышел на просеку. Метров через пятьсот должна быть большая поляна, на которую приземлится самолет.

– Стоять, НКВД. Руки вверх! – неожиданно услышал он глухой строгий голос и в следующую секунду между лопаток почувствовал что-то колючее. Не иначе как ствол оружия. Гайдук невольно остановился, судорожно сглотнув. – Кто таков? Что делаешь в запретной зоне?

Узнав голос Марчука, Стас Гайдук с облегчением выдохнул и опустил руки.

– Ты сдурел, что ли? – невольно выругался он, поворачиваясь. – А если бы я в тебя пальнул, тогда что?"

"– Хм, как бы ты в меня пальнул с поднятыми руками? А потом, я за тобой уже пятнадцать минут наблюдаю. Шумишь, как лось! Внимание к себе привлекаешь. Хождение по лесу, брат, это целая наука.

– Не доверяешь, что ли?

– Не то чтобы не доверяю, но лишний раз провериться не помешает, может быть, ты хвост привел… Кто тебя знает? Должен же я убедиться, что ты чист.