Я долго вертела в руках цветы, будто не веря в то, что в этом мире ещё остались яркие краски.

-За-зачем? - заикаясь поинтересовалась у Ларина.

Вместо ответа он пожал плечами.

-Просто так.

В это верилось плохо, и я в смятении покосилась в его сторону.

-Что? - почти весело отозвался Слава. - Я уже не могу подарить цветы своей жене?

Моё сердце тут же ухнуло в пятки, а довольный Славка прошествовал мимо меня вглубь квартиры.

Наверное, ему нравилось меня шокировать, а после наблюдать реакцию. Почти за десять лет знакомства мы слишком привыкли друг к другу, притеревшись ко всем неровностям и шероховатостям. Поэтому Слава запоздало решил, что нашему браку, возможно, нужна перезагрузка или встряска. Правда, переплюнуть меня он вряд ли бы смог.

Той ночью я долго ворочалась в постели, задыхаясь от приторного запаха цветов и думая свои тяжёлые думы. Всё сводилось к пониманию того, что если я захочу, то между нами всё может наладиться. Вот только оставалось понять, хочу ли я?

На следующее утро по пути в садик Ванька лишь подкинул дровишек в мой и без того разгорающийся пожар сомнений, поинтересовавшись:

-Ты не уходишь от папы?

Хорошо, что в тот момент я ещё не успела тронуться с места, нажав педаль газа, иначе мы с “Пыжиком” просто протаранили бы первый попавшийся столб.

Осторожно глянула на сына, обречённо думая о том, что если он скажет, что хочет, чтобы всё осталось как есть, то я буду вынуждена подчиниться. В голове было столько вопросов, которые я как порядочная мать должна была задать ребёнку, но каждый из них отказывался слетать с моего языка.

Ваня тоже не отводил от меня своего взгляда, отчего начинало казаться, что если я немного поднапрягусь, то смогу угадать его мысли. Но Ванька был крепким орешком и раскрываться просто так не планировал.

-А как бы ты хотел? - спросила, даже не рассчитывая получить конкретного ответа.

Сын немного подумал, пожевал свою губу, после чего пожал плечами и выдал верх своей философской мысли:

-Это тебе решать.

Не веря услышанному, я умудрилась даже рот открыть от удивления.

-Папа же навсегда останется моим папой?

-Конечно.

-Это хорошо, - заключил ребёнок и, отвернувшись, занялся какими-то своими серьёзными делами, копаясь в игрушках, припасённых для садика.

А у меня пошёл мороз по коже и дрожь по телу размером. Ибо до меня наконец-то дошло, что никто и никогда не примет за меня решения, не сделает так, как надо мне, и судя по всему, не оценит ни одной жертвы, не нужной никому.

Я пыталась обдумать своё новое открытие со всех сторон, и оно мне категорически не нравилось. Как ни крути, но выходило, что я просто тянула время, ожидая одобрения со стороны Вани, Славы, вселенной… А оно, это самое одобрение, никак не хотело, да и не могло взяться из ниоткуда.