Нужен точный диагноз», — отбиваю новое сообщение Глебу. И снова обращаюсь к Маргарите:

— Обычно все так говорят…

— Да, наверное, — уныло соглашается она. — Вот только когда Алена разбилась, Ушаков забрал Валечку к себе. А нам запретил с ней общаться…

— А причина?

— Чтобы не травмировать ребенка.

— Бред какой-то! — тру я лоб и в упор смотрю на Маргариту. — Это все? Если нет, то выкладывайте. Я ведь и сам могу докопаться. А учитывая, что безопасность моей жены для меня в приоритете, все ресурсы компании будут кинуты на это дело. Остальным клиентам придется подождать.

— Вам никто не говорил, Тимофей Сергеевич, что вы — гений шантажа?

— Неоднократно, Маргарита Николаевна, — улыбаясь, давлю я взглядом.

Глава 42

Тимофей

Из офиса Анквистов я выхожу уже поздним вечером. В голове стучит от признаний Маргариты.

— Федя подозревал, что Валечку Ушаковы взяли в семью как донора. Если бы Нине потребовалась пересадка костного мозга, они бы не задумываясь пожертвовали нашей девочкой.

— И закон был бы на их стороне, — усмехаюсь я горько.

Теперь, после двух часов задушевной беседы, я чувствую, как у меня, циничного и упертого решалы, подкашиваются ноги.

Донор, который всегда под рукой. Маленькая девочка, обреченная на мучения по воле двух подонков. Голова идет кругом. Тру лоб от отчаяния и бессилия!

Хорошо хоть никакой донор Нине не понадобился! Слава богу!

А как мне Лере рассказать? С чего начать? Кто бы знал…

И Глеб молчит. Даже трубку не берет, зараза!

— Андрюха, — звоню я Сорокину. — Пробей, что там с нашим Глебом.

И тут же даю новые поручения.

— Нужен предлог. Я хочу и папашу в Шанск выписать.

— А может, какая-то квартира дешевая нарисуется. Выгодная сделка. Ольга сама решение принять не сможет. Вызовет мужа.

— Это какая еще квартира? Одна из моих? — усмехаюсь я в трубку и добавляю резко: — Я не согласен.

Медленно плетусь к машине. И дернув запертую дверцу, стучу в окно.

И тут же улыбаюсь, увидев заспанную рожу Столетова.

— Где тебя черти носят? — бурчит он, как только я сажусь рядом.

— Солдат спит, служба идет, — ухожу я от ответа. И добавляю серьезно: — Дела были."

"— С этой кикиморой Анквист? — ухает как старый дед Богдан. — Вот все Лере расскажу.

— Я как-нибудь сам, — цежу я, пытаясь сосредоточиться на главном.

Что сказать Лере, твою мать? Как объяснить происходящее?

Милая, мне не понравилось отношение к тебе твоей родни, и я решил провести расследование? Или… Знаешь, дорогая, ты — родственница Анквистов. Все эти годы они следили за тобой. Пока ты ела доширак в общаге, Маргарита платила охране бешеные бабки.

Нет, я понимаю, почему семья держалась особняком. Оберегали девочку. Невеликое это удовольствие — быть родственником криминального авторитета. Тем, кто уже попал на эти галеры, никуда не деться.