– Своим детям даю!

Лев Иванович на всякий случай проверил дату выпуска и увидел, что они действительно свежие.

– Бери, не бойся! – успокоила уборщица. – Раз ты к Антипычу, то можешь не сомневаться – Ашот у нас уже ученый. У старика-то четыре сына, а потом еще две девки при мужьях, и все, как один, шутить не любят.

– Очень серьезные люди, – с безрадостным выражением лица подтвердил продавец.

Цена по сравнению с московской оказалась прямо-таки грабительской, но делать было нечего, и Лев Иванович, забрав конфеты, пошел искать нужный ему дом."

"Он оказался недалеко, и узнал его Гуров не столько по зеленой крыше, сколько по крикам детей. Поняв, что за этим шумом его стук в калитку никто не услышит, он ее просто толкнул и вошел во двор. А там творилось нечто невообразимое: гонялись друг за другом дети постарше, те, что поменьше, возились с котятами и щенками, а из-за дома доносился стук молотка, визг пилы и мужские голоса. Но там, где щенки, должна быть и их мамаша, так что Лев Иванович дальше проходить не стал – не хватало ему еще в рваных брюках потом щеголять – и остановился у калитки. Очень скоро его заметили, и из дома вышла, вытирая руки передником, пожилая женщина.

– Здравствуй, мил-человек, чего тебе?

– Мне Антипыч нужен – извините, что не знаю его полного имени, – объяснил Гуров.

– А! Антипыч, он и есть Антипыч, – махнула рукой она и крикнула одному из детей: – Деда позови! – а потом пригласила Гурова: – Проходи, садись. Сейчас он придет.

Лев Иванович неторопливо пошел к ней, и тут из большой будки высунулась собачья морда.

– Отдыхай уж! – махнула ей женщина и пожаловалась Гурову: – Замучили ее уже совсем щенки. Вот как мелюзга разъедется, так продавать будем – люди уже приходили, интересовались. А пока пусть внуки поиграются.

Появившийся из-за дома крепкий старик с интересом посмотрел на Гурова и сказал:

– Ну, говори, добрый молодец, чего тебе от меня надо.

– Я искал кого-нибудь из старожилов, и уборщица из магазина направила меня к вам, – сказал Лев Иванович.

– Если ты по поводу каких-нибудь старых песен или обрядов, так это не ко мне – я хоть и старый, да не древний. И времени на болтовню у меня нет, – отрезал старик и собрался было уйти обратно.

– Да нет, я по другому поводу, – остановил хозяина дома Гуров, доставая удостоверение.

Старик неторопливо подошел к нему, отстранив руку Льва Ивановича с удостоверением, внимательно прочитал, что там было написано, и покачал головой:

– Ишь ты! Из самой Москвы! Да еще и полковник! – сказал он наконец. – Ну, проходи в дом. Мать, собери нам чего-нибудь!

– Вот вам для внуков, – Гуров протянул женщине конфеты.

– А вот это лишнее! Баловство это! – сурово сказал Антипыч.