Его глаза расширились, как у испуганного зверька.

— Мне пришлось с ним заключить клятву крови, так что ты теперь в безопасности, — закончил я, наблюдая, как краска окончательно схлынула с лица молодого алхимика.

Пацан грохнулся в обморок. Я успел поймать его безвольное тело и усадить на стул. Голова рыженького безжизненно свесилась на грудь.

«А теперь проверим», — мелькнула мысль.

— Выхухоль, — произнёс тихо, не сводя взгляд с Лампы.

Тело дёрнулось, словно через него пропустили разряд. Глаза распахнулись, но теперь в них плескалась холодная расчётливость старого алхимика.

— Звал? — губы скривились в знакомой усмешке.

— Как видишь, — пожал я плечами, пристально наблюдая за реакцией.

— Магинский! — губы Лампы скривились в усмешке, а интонация стала совсем другой. — Да ты сама «деликатность», и это по моим меркам.

— Меня не интересует твоё мнение, — оборвал его. Этот аварийный канал я оставил для определённых нужд. — Ты знаешь Жмелевского Виктора Викторовича? — наклонился вперёд.

— Да, — Степан кивнул, и по телу Лампы прошла едва заметная судорога. — В своё время мне довелось послужить при дворе.

Встречал многих высокопоставленных лиц, как и самого императора, — его пальцы нервно забарабанили по подлокотнику. — Но после некоторых моих опытов… — глаза алхимика блеснули нехорошим огнём. — Меня выслали в эту дыру. Твари лишили титулов и сделали обычным человеком. Я не сопротивлялся, возраст как-никак. Оставалось только найти новое тело и вернуть себе всё.

— Я у тебя не об этом спросил, — перебил поток воспоминаний.

— Генерал Жмелевский — фанатичный патриот. Его предназначение — служба императору, — Степан огляделся, отмечая, что мы уже не в камере.

По губам Лампы скользнула довольная улыбка. — Лучше тебе с ним не связываться.

— А если это уже произошло? — заметил, как меняется выражение его лица."

"— Сделай то, что он просит, и не отказывай, — в голосе алхимика прорезались тревожные нотки. — У него на этом пунктик. Много людей сгинуло из-за своих отказов.

«Ну вот! Повторяет слова Жаннет», — хмыкнул про себя.

— И это тоже случилось, — пожал плечами, отмечая, как расширились его зрачки.

— Магинский, ты больной? — уставился на меня старик в юном теле.

— Хотя глупый вопрос, вижу, ещё более упёртый, чем я. То, что ты провернул… Удивил!

— Дядя Стёпа, мне не твоя оценка нужна, а информация, — дёрнул его за плечо, возвращая к разговору.

— Жмелевский… — поморщился старик, и лицо Лампы исказилось. — У него странная магия, такую я ни у кого не встречал. Уникальная и крайне опасная, особенно в руках фанатика, — голос алхимика упал до шёпота. — Он способен захватывать тела и разум на расстоянии.

— В курсе, — кивнул, вспомнив собственные догадки.