Первый раз — когда кольцо нашла, второй раз — когда с молодым герцогом любовь закрутила, и третий — с графом… С кольцом хорошо получилось, я увидела его и поняла, как обыграть свое появление так, что Антуан примет меня без всяких сложностей. Всего лишь возвращение прежней Ракшаны — и вот граф у моих ног.

Граф сделал мне знак продолжать отвлекать Руфару и ушел в тень, слился со стеной.

— Поэтому кольцо осталось таким, как было? — следуя его просьбе, отвлекала я Руфару. — По некоторым свидетельствам, у Ракшаны кольцо было темным.

— Да, оно почернело из-за циркулирующей между нами, близнецами, магии, не давая проклятию перейти к Рудении.

— По моей команде закрой глаза, — прошептал граф мне на ухо, оказавшись за моей спиной.

— А как вам удалось повесить все преступления на Чечулию? — продолжала отвлекать я Руфару."

"— Слишком много вопросов, нянька. Ты мне уже надоела. Нашлась одна дурочка, на которую можно было все спихнуть, вот и спихнула. Пора и с тобой заканчивать. Хотя против тебя лично я ничего не имею. Ты даже повеселила меня, пока я наблюдала, как ты справляешься с девчонками. Чего тебе не сиделось на своем месте?

— Ты не сможешь ничего мне сделать! Напомню, у меня магия огня.

— Если ты применишь ее, эта лавка погребет нас всех, в том числе и твоего любименького графа. Кстати, что-то он притих. Антуан, ты где? Ах так!..

Тут сразу произошло много всего, но рассмотреть я ничего не успела, потому что меня подхватили сильные руки, развернув и уткнув себе в грудь. Антуан скомандовал закрыть глаза, я зажмурилась, но даже так почувствовала ослепительную вспышку света. В лавке раздался шум, крики, звуки потасовки, какие-то команды, пыхтение, чьи-то стоны и вой. Жуткий, нечеловеческий вой. У меня по спине табун мурашек от страха побежал в поисках спасительного укрытия.

Когда я уже смогла что-то разглядеть, то увидела беснующуюся Руфару в магических наручниках и в магической клетке для перевозки опасных преступников. Над ней колдовала Гаврилитта, читая какие-то заклинания и посылая в нее разряды белых маленьких молний. Изо рта Руфары шла пена, глаза ее закатились, но рот бессвязно бормотал: «Я не вернусь в клетку… я не вернусь в клетку…»

В толпе я увидела профессора Бэконатти, утирающего пот со лба, сыщика Кастильи, брезгливо смотрящего на Руфару.

Лавку оцепил отряд стражей. Антуан, не выпуская меня из рук, позвал всех к себе домой.

В столичном особняке нас встретили гомонящие девчонки:

— Имма! Папа, ну что, получилось? Помогли наши дары? Папа, ну почему ты нас не взял с собой?..

Когда мы все более-менее расселись и угомонились, вырисовалась следующая картина.

Глава 80

А ЧТО ДАЛЬШЕ?

Рассказ Ракшаны-Руфары вызвал много недоумений у графа с самого начала. Прокололась она на вопросе про дар Пэм.