– Как же это вышло?

Адвокат отлично знал, как это могло «выйти», он с самого начала обратил внимание на то, что дело в день совершения преступления возбудил один следователь, а потом его приняла Рыженко. Рыженко профессионал опытный, а вот тот, другой следователь, имеющий женское имя, мог оказаться совсем молодым и наделать ошибок.

– Ну, – развел руками Кирган, – всякое бывает. Но это ведь дело поправимое, правда?

– Конечно, – машинально согласилась Рыженко, и в этот момент Виталий понял, что спрятанный в рукаве козырь побил туза: голос у Надежды Игоревны был совершенно нормальным, человеческим и даже слегка растерянным, а не тем металлическим и холодным, каким она все время разговаривала с ним.

– Вы на вскрытии-то сами были? – спросил он невинным тоном.

– Была.

– С экспертом, который проводил осмотр трупа на месте, общались?

– Конечно, он же и вскрывал.

– И что, эксперт вам ничего не сказал? Не предупредил, что протокол не подписывал? Не рассказывал, что у него там вышло со следователем?

– Да нет же, – с раздражением ответила Надежда Игоревна, листая дело. – Ничего он мне не сказал, видно, крепко поцапался с этой девчонкой.

Она молодая совсем, ничего еще не умеет, только кодекс прочитала. Она наколбасила, а мне теперь разгребать. И сама я не заметила, что подписи нет.

Рыженко вдруг подняла голову, и Виталию показалось, что следователь, жесткая и несгибаемая бой-баба, собралась улыбнуться. Во всяком случае, взгляд ее потеплел, это точно.

– Спасибо, господин адвокат. Не ожидала от вас такого благородства. Это что, взятка? Вы собрались меня о чем-то просить?

Виталий достал две фотографии и положил перед ней на стол.

– Взгляните, Надежда Игоревна.

– И что это? – Она прищурилась, вглядываясь в снимки. – Зачем вы мне принесли фотографии Аверкиной, да еще две почти одинаковые? Что вы хотите мне доказать?

– Я хочу вас попросить, чтобы вы точно указали мне, на какой фотографии Аверкина.

– А разве не…"

"Она запнулась, метнула в Киргана настороженный взгляд, поняв, что он подстроил ей какой-то подвох, и поднесла фотографии поближе к глазам.

– Вот эта. – Она решительно указала на снимок, где была изображена Олеся Кривенкова.

 – Точно, это Аверкина.

– А вторая девушка? – коварно спросил адвокат. – Не Аверкина?

– Я не знаю, чего вы добиваетесь, – рассердилась Рыженко. – Можете внятно объяснить, что это за фотографии и зачем вы мне их показываете?

Виталий выложил перед ней на стол два портрета – Олеси и Наташи.

– Вы узнали мою подзащитную вот на этой фотографии, верно? А ведь на ней вовсе не она, а вот эта девушка. – Он ткнул пальцем в фото Олеси. – А на второй фотографии как раз Аверкина, в точно такой же одежде.