– Мне стоять больно, размер очень маленький.
Кирган быстро сделал несколько фотографий, как портретных, так и поясных, и в полный рост. Поблагодарив девушку, он чуть ли не бегом помчался к машине: теперь нужно найти старого знакомого, профессионально работающего с фотошопом.
Знакомый, как оказалось, сидел дома и болел бронхитом, но на просьбу помочь откликнулся с готовностью. Правда, ехать пришлось на самую окраину Москвы, в противоположный от Ленинского проспекта конец. Зато результат манипуляций с фотографиями был достигнут в рекордные сроки, и к четырем часам дня в руках у Виталия Киргана были фотографии Олеси Кривенковой и Натальи Аверкиной как в их естественном виде, так и в одинаковой одежде, обуви и больших темных очках.
На этом везенье, сопутствовавшее Виталию с самого утра, закончилось: Надежда Игоревна Рыженко уехала в следственный комитет. Правда, обещала к концу дня вернуться. Виталий занял место на обитом дерматином стуле в коридоре перед ее кабинетом и приготовился к долгому ожиданию.
Рыженко появилась около семи часов, когда Виталий, давно уже не выходящий из дома без ноутбука, прочел все новости и массу газетных публикаций.
– Вы ко мне? – равнодушно спросила она, проходя мимо Киргана и доставая ключи от кабинета.
– К вам, Надежда Игоревна.
Она не предложила ему войти, но и дверь за собой не закрыла, что Виталий расценил как приглашение.
– Ну? – Она вопросительно уставилась на него. – Что на этот раз? Очередное ходатайство?
Виталий откашлялся.
– Надежда Игоревна, это, наверное, не мое дело, но я хотел вам сказать, что у вас в протоколе осмотра места происшествия накладочка вышла.
Рыженко сдвинула брови и потянулась к лежащей перед ней связке ключей, на которой был и ключ от сейфа.
– Что такое?
Она повернулась и стала открывать сейф, чтобы достать дело.
– Здесь все в порядке, – сказала она, но Виталий уловил в ее голосе нотки неуверенности. – Вы что имели в виду?
– Я имел в виду подписи, – пояснил он. – Там не хватает подписи судмедэксперта, ее нет ни в начале, ни в конце.
Она снова впилась глазами в документ, и щеки ее слегка побледнели.
– Черт, – процедила она едва слышно.













Комментарии
Добавить комментарий