А вы, когда к Едякиной домой приходили, у нее такие же очки на носу видели?

– Нет, конечно. Чего ж ей дома-то от солнца прятаться?

– Ну и подумай: темных женщин со стрижкой каре полно, глаз твоей обманщицы ты не видела, только красные губы. Так я тебе скажу, что восемь брюнеток из десяти красят губы ярко-красной помадой. Уверяю тебя: ремнями тебя обманула совершенно другая женщина – Семенова Татьяна Владимировна, которая специализируется на таких вот подставах. Естественно, Семенова выбирает себе самый банальный образ, чтобы ее опознать было труднее. Вот ты и купилась. И китаец тоже… Вы же, скорее всего, пришли к нему и спросили: «Не покупала ли у вас партию ремней темноволосая женщина в такой-то куртке, с такими-то губами…» Он вам и ответил, что да, мол, покупала. Если бы он хоть фотографию увидел, а так, по словесному описанию…

– Это, выходит, мы у Едякиной деньги просто так, не свои, трясли, что ли?

– Выходит, так.

– Вот почему она тогда нас так боялась! – сообразила Люся. – Я прямо как сейчас вижу, как у нее сигарета в пальцах трясется. Она не из-за денег боялась, а за свою жизнь!

Так, значит, совпадение… Китаец Петр им все напутал, обманщица ходила на воле, а Василиса с Люсей рылись совсем в другом преступлении, искали совсем другую женщину, да еще и…

Василиса вдруг встрепенулась, куда-то унеслась и вернулась с бриллиантами Едякиной.

– Вот, Паш. Это Едякиной… Они ей, конечно, уже ни к чему, а в милиции, ну мало ли… вдруг в детскую комнату, для ребятишек брошенных чего надо…

– Спасибо, мама, – чуть не прослезился сын. – Только на эти камушки детям брошенным не поможешь. Тут стекляшки, да и не золото. Но все равно, спасибо.

– А давай, Вася, устроим свой музей! – вдруг загорелась Люся.

Мужчины засмеялись и замахали руками, а Василиса принялась по десятому кругу угощать гостей.

– Теперь, я так понимаю, Малыш навсегда у нас останется? – спросила Люся почему-то Потапова.

– Ну, не знаю… Можно в питомник сдать… Или опять же…

Договорить он не успел – заливисто зазвенел дверной звонок. Василиса побежала к двери, и тотчас же в прихожей раздались шум, визг, радостные крики… Люся еще ничего не успела сообразить, а перед матерью уже стояли Ольга с Володей. Рядом торчали огромные морды Карла и Арса в намордниках.

– Ну, вот и мы!

– Оля! Володя! – заверещала Люся и кинулась на шею приехавшим. – Оля, а похудела-то как!! Зато выглядишь!! Вовочка!! Ты прямо красавец!!

По новой начали накрывать на стол, прежние гости тоже засуетились. Стали менять стаканы, достали откуда-то рюмки, потом спохватились, что к рюмкам совсем нет спиртного, а к спиртному уже не осталось закуски, и мужчины понеслись в магазин.