Чествовали меня не как героя. Пока разбирались, подъехали мои ребята, а главное – здесь был командир.

— Юматов, поделишься, что ты здесь устроил? — жмет мне ладонь, смотрит подозрительно. — Один веселился или с Жаровым? — обычно мы с Лехой вместе попадаем в неприятности, потому что много времени проводим вместе.

— Сегодня я один отличился. Премию ждать? — это, конечно, шутка, Багир понимает."

"— Премия тебя уже ждет, — хлопнув по плечу, Яр сообщает, где лежит новая упаковка бумаги, судя по тому, сколько я тут настрелял, мне ее не хватит, чтобы отписаться. — В следующий раз не лезь на рожон. Мне другой снайпер не нужен, Стас, — хватает за затылок и сжимает. Это лучшая похвала от Багирова. Руки у него, как кувалды, у другого бы уже позвонки затрещали, а мы тренированные ребята, нам к «нежностям» командира не привыкать. За столько лет тренировок мало кто в отряде уступает ему по силе. — Твоя? — кивает Ярослав за спину.

Отмечаю, что сердце пропустило удар, когда я оборачивался.

— Моя, — прогоняя раздражение и стараясь не думать, какого хрена меня кольнуло разочарование.

Я точно знаю, что людей из той подсобки освободили, наблюдал в прицел, как выводили Юну. Думал, она решила подойти, поблагодарить. У нее есть дела поважнее, там, среди убитых и раненых, ее брат. Несколько карет скорой помощи не успевают оказать всем помощь, в первую очередь эвакуируют тяжелораненых. Территория оцеплена, но переживающие родители все равно умудряются прорваться. Попробуй останови депутата или бизнесмена, который каждую субботу лично бухает с министрами.

Мне хочется скорее свинтить отсюда. Ближайшие пару недель меня не только контора будет дергать, но и следственный комитет. Свои данные я оставил. Нужно ехать домой и попробовать отоспаться. Желательно выпив чего-нибудь крепкого, чтобы точно уснуть.

Мы переглядываемся с Леськой, она не решается подойти. Стоит там, мнется, трясется. Перенервничала девчонка.

— Сюда иди, — махнув рукой, вдруг из-за воя сирен не услышит. Успокоить ее надо, напоить немного и домой отвезти.

У Леськи глаза заплаканные. Вижу, что за меня все это время переживала, а я, сволочь, без нее хотел уехать. Обнимаю, прижимаю к себе, целую в висок. Стандартный набор успокоительных действий для женщины, пережившей стресс. Жду, когда ее прорвет. Почти минуту продержалась, а потом потоком слез намочила грязную футболку. В потоке причитаний вычленил: «я так тебя люблю, Стас».

Спасибо, но вот этого всего не надо. Недолго я грузился, уже следующим предложением Леська меня успокоила.

— Жаль, что ты бедный, отец меня не отдаст за тебя замуж, — всхлипывая, она продолжала исповедоваться: — Но я уже решила, что мы будем любовниками. Трахаться с лучшим мужчиной на свете мне даже муж не запретит.