Надеюсь, вы очень неплохо выглядите в компании двух агентов УСО!

У майора имелось сильное желание сделать из них отбивную. Он сам загнал себя в ловушку.

– Не расстраивайтесь, Алекс, – принялась утешать его смазливая Дженни. – Мы прекрасно понимаем, что вы давали присягу, но это ведь формальность, пустые слова под флагом тоталитарного государства. Сталин довел вас до нищеты, он деспот, тиран, уничтожает собственное население, а войну выиграл лишь ценой неисчислимых жертв. Сколько миллионов ваших солдат погибло в этой войне? Думаете, жертвы оправданы? Вы побывали в Европе, увидели, как живут здесь люди, причем отнюдь не богачи.

Согласитесь, это разительно отличается от жизни в Советском Союзе. Думаете, нам не важна судьба людей в России? Она и вам небезразлична. Так внесите же свой вклад в дело освобождения собственной страны.

Болтовня продолжалась недолго. В случае отказа от сотрудничества британцы обещали передать советской стороне некоторые фотографии. Что за этим последует, можно было представить.

Англичане хотели знать все о расположении советских войск в восточной части Берлина, а также за его пределами.

О том, где служит Арбатов и какие сведения через него проходят, они были в курсе.

В районе Александерплац был устроен тайник, трещина в столбе, стоявшем в укромном уголке парка, откуда он получал инструкции. На Беренштрассе действовала явочная квартира. Арбатов мог передать сведения и на Потсдамской площади.

Арбатов, конечно же, не знал, кто закладывал инструкции в тайник. О появлении связных на Беренштрассе ему стало известно вечером. Завтра он должен был туда подойти. Около полудня майор проверил тайник.

Так требовали инструкции. В нем лежало предостережение ни в коем случае не являться на Беренштрассе, использовать в два часа пополудни Потсдамскую площадь. Приметы Краузе прилагались.

Однако на площади Арбатов обнаружил людей, следящих за покупателями на рынке. Он знал, что это сотрудники контрразведки Смерш.

– Опишите место, где находится тайник.

– Маленький сквер примыкает с запада к площади. За кустами стоит единственный неповрежденный столб электропередачи. Трещина на уровне поднятой руки.

– Где инструкции, которые вы получали?

– Это были записки на немецком, корявыми буквами.

Видимо, так было нужно. Согласно инструкциям, все эти бумажки я уничтожал.

– В последнее время вы испытывали беспокойство, догадывались, что вас ищут. Попытка найти выброшенную записку на Потсдамерплац, конечно, глупа. Она говорит о том, что вы начали терять самообладание.

– Поймите, я не желал в это ввязываться. Бес попутал, словно наваждение какое-то. Да плевать я хотел на западный образ жизни, на их благосостояние. Просто испугался.