Это было странное зрелище, будто тело маркиза, как и мое, заключили в мерцающий, переливающийся ореол. Никаких изменений в себе я не чувствовала, но мне очень не нравилась радость, растущая на лице этого гада.

– Да, – осклабился он, – осталось немного. Сердце и разум.

Он прав. Еще пара секунд – и ауры окончательно соединятся. Круг будет замкнут. Круг, который не разорвать!

Но в этот момент снаружи послышался шорох. Будто упало что-то тяжелое.

– Глянь, что там, – напряженно процедил маг.

Гашмар шагнул к выходу. Но не успел.

Позади маркиза что-то мелькнуло. Миг – и бесшумная тень выросла у него за спиной. Еще один миг – и у горла моего недомужа сверкнул острый клинок. А затем абсолютно спокойный голос сказал:

– Фар Дассаль, вы забыли спросить у собравшихся: нет ли среди вас того, кто хочет оспорить волю богов. Так вот, я хочу.

“Арден!” – мысленно крикнула я.

Да, это был он.

Глава 11"

"– Ты опоздал, оборотень, – прошипел маркиз и запрокинул голову назад, чтобы держать её подальше от острого лезвия, – ритуал уже соединил наши тела.

– Круг не замкнут, – отрезал Арден, разглядывая оплетающий меня серебристый кокон.

– Но и другому магу она не сможет отдавать всю силу без остатка! Она теперь всё равно бракованная, на неё никто не позарится. Уступи её мне, я хорошо заплачу. Я богат…

Мерзкий чавкающий звук прервал его слова. А затем мне в лицо брызнула кровь. Я зажмурилась от ужаса, чувствуя на губах солоноватый вкус.

Мамочка моя, у меня во рту кровь другого человека!

Ощущение было тем ужаснее, что пошевелиться я по-прежнему не могла. Даже сплюнуть. Зато прекрасно слышала всё, что происходит в шалаше и возле него – оборотень убивал моих похитителей. Одного за другим. Эти кошмарные звуки совсем не походили на то, что показывают в кино. И не было никакой жизнеутверждающей музыки. Только крики, стоны и мерзкое чавканье, которое сообщало, что Арден одолел очередного врага.

Чтобы отвлечься от кошмара я начала цитировать про себя Пушкина:

“На девичник собираясь,

вот царица, наряжаясь

перед зеркальцем своим…”

– Лейва, – влез в стихи хриплый голос.

Но я его не слушала:

“Перемолвилася с ним:

“Я ль, скажи мне, всех милее?”

– Инна, ты меня слышишь? – голос сменил тон, став обеспокоенным.

“Всех румяней и белее?”

– Инна! – чьи-то руки схватили меня за плечи и затрясли. – Открой глаза, всё закончилось.

Но я только тихо всхлипнула и уплыла в темноту.

Вокруг меня кружило зеркало с огромными зубами, среди которых выделялись длинные клыки. Зубы щёлкали и всячески пытались меня ухватить. А я, спелёнатая магией чужого мира, могла только звать на помощь какого-то Ардена, совершенно не имея представления, кто это такой.

Пока словно не выскочила из ледяной воды на поверхность. Судорожно вздохнула и открыла глаза.