Свободного времени оставалось мало, и я решил остаться в школе. Коротал время сначала в буфете, потом взял «общий» ключ на вахте и засел в кабинете учсовета с учебником по истории – завтра снова экзамен."

"За дверью послышалось шебаршение, затем в замочную скважину вставили ключ. Три секунды кто-то пытался открыть открытый замок.

– Аскольд Игоревич? – слегка напряженно проговорила Царица лицея, заглянув в кабинет. – Уже освободились?

– Долго ли умеючи, – пожал я плечами.

– Слышала, вы не только сегодня и во вторник, но и вообще во все экзаменационные дни сдавали работу первым в классе, – проговорила она, входя в кабинет.

– Вы хорошо осведомлены, Софья Антоновна.

– Долг обязывает, – отозвалась младшая княжна.

Ставя сумку на стул, она бросила на меня быстрый взгляд и, отвернувшись, пошла к комоду, на котором стояли чайник и прочие чайные принадлежности.

– Редко кто способен выдать подобную серию, – проговорила девушка, не оборачиваясь.

Она что, завидует? Я слышал, Софья весьма успешна не только во владении живой, но и в учебе. Более того, во время летних экзаменов в этом году она стала лучшей на курсе.

И часто решает задания быстрее своих одноклассников.

Часто, но не всегда.

– Успешный человек успешен во всем, Софья Антоновна, – проговорил я, встав из-за стола и подойдя к ней. – Это относится и к вам тоже.

– Благодарю. – Она едва заметно кивнула, бросив на меня косой взгляд. – Чай будете?

– С огромной радостью составлю вам компанию.

– Достаньте тогда, пожалуйста, вазочку с печеньем, – она указала на комод, – и поставьте на стол.

Вежливо уточнив, какой именно чай я предпочитаю и нужен ли сахар или варенье, Царица лицея заварила чай и приготовила две чайные пары.

Спустя пять минут мы сидели за длинным столом друг против друга.

– Нужно еще немного подождать, пока лучше заварится, – проговорила Софья, глянув сначала на чайник, а затем на часы.

– Вам неловко находиться со мной наедине? – спросил я, не сводя взгляда с девушки.

Между нами витали натянутость и некоторая неловкость.

– Отчего же? – Софья удержала невозмутимое выражение лица.

– Быть может, оттого, что я мешаю вашему расслабляющему чаепитию в одиночестве? – чуть улыбнулся я.

– Кабинет учсовета – не моя личная комната, – парировала Царица лицея.

 – Если бы я хотела гарантированной тишины, отправилась бы в общежитие.

– Тишины? Мне не стоило открывать рот? – Я продолжал с интересом наблюдать за реакцией Троекуровой.

Но она все так же сохраняла невозмутимость:

– Я не вправе приказывать вам молчать или говорить во время вашего отдыха. Кабинет учсовета, помимо прочих своих функций, является и местом, где члены учсовета могут отдохнуть от праведных трудов.

Я улыбнулся.

– Вы неподражаемы, Софья Антоновна.