— Ну не ты же, — хмыкнул ректор, даже не подозревая какие мысли бродили в моей голове. — Аллен, будь другом, уведи этих линчевателей в актовый зал и собери там же адептов. Мы догоним тебя через минуту.

— Другом? Тебе? — громко рассмеялся боевой маг, но спорить не стал. Снял с двери артефакт, приложил ухо к двери, хитро ухмыльнулся, а потом с силой её распахнул. Судя по сдавленным стонам, задел, как минимум, двоих.

Мы остались наедине: я и брошенный мной жених, который обещал превратить мою жизнь в ад, и неплохо с этим справлялся. Мои запястья, к слову, до сих пор не отпустил.

— Успокоилась? — тон его стал тише, даже спокойнее. Издевка в голосе пропала, когда мы остались наедине. — Может, теперь, без свидетелей, расскажешь, что тебя так напугало?

— Прекрати делать вид, что не понимаешь! — его невозмутимый вид снова распалил меня и я, незаметно для себя, перешла с ним на “ты”. — Да как у тебя совести хватило после того, что случилось вчера вечером?

— Розалин, услышь меня! Я не был сегодня в библиотеке! Не знаю, кто и куда тебя звал, но клянусь, это был не я!

— Нет, это ты меня послушай, господин Леон! — возразила я и в очередной раз предприняла попытку освободиться.

И снова неудачную. — Я увольняюсь, с меня хватит! Оставайся здесь сколько твоей душе угодно, играй в ректора, пугай до полусмерти невинных девушек, заманивая их в архив, а потом закрывая дверь перед самым носом! Я чуть от страха не умерла!

— Да замолчи ты уже наконец!

Хайден рявкнул на меня так, что у меня заложило уши, а с потолка упал кусок штукатурки точно на его плечо. Нервным движением бывший жених скинул его на пол и стиснул мои запястья ещё сильнее.

— Значит так, теперь ты слушаешь меня! И упаси Великая Богиня тебе меня перебить! — ректор был в ярости, золотистые глаза полыхали огнём, а жилка на виске забилась так, что у меня в глазах зарябило. Не выдержав, я вновь отвела взгляд: сейчас Хайден пугал меня как никогда.

— Во-первых, никогда не смей кидаться на меня с кулаками! Ни при свидетелях, ни наедине! Тебе повезло, что я ещё не набрался сил после ранения. Моё тело воспринимает подобные выходки как опасность и реагирует быстрее, чем мозг.

Сомневаюсь, что ты хочешь проверить на практике мои рефлексы. Во-вторых, ни о каком увольнении не может быть речи. Вот станешь моей женой, тогда…

— Я никогда не стану твоей женой! — мысль о том, что этот опасный и непредсказуемый человек может стать моим законным супругом, вызывала во мне ужас.

— Предпочитаешь навещать своих родителей в долговой тюрьме? — с каменным выражением лица Хайден спросил меня и, не дожидаясь ответа, добавил.