— Напомнить тебе, что они уже потратили все деньги, что я им дал, желая возродить семейное дело? Смогут ли они прямо сейчас вернуть мне всё, до последнего медяка?

Меня словно окатило ледяной водой. Я застыла, боясь услышать продолжение.

— А если я потребую с них моральную компенсацию за то, что они обманули меня с невестой? Почему ты молчишь, Розалин? Нечего сказать?

— Ты… Ты… — дрожащим голосом произнесла я, чувствуя, как на глаза предательски увлажнились. — Я ненавижу тебя.

— Можешь ненавидеть меня столько, сколько душе твоей угодно, — угрожающим голосом произнёс Леон.

— Однако подумай, почему я до сих пор насильно не утащил тебя под венец? А ведь имею на это полное право, и закон будет на моей стороне.

— Ты чудовище!

— Даю тебе ровно минуту, — резким движением Хайден притянул меня к себе и склонился непозволительно близко к моему лицу. — Вытри слёзы, цветочек, и марш за мной в актовый зал. Сейчас мне нужен надёжный помощник, а не обиженная девчонка.

Освободив мои запястья, ректор небрежным движением достал из кармана белоснежный платок. Глядя на синеющие отметины его пальцев, проступившие на моей коже, он что-то пробормотал себе под нос и аккуратно вытер две дорожки слёз с моего лица.

Мы торопливо направились вниз по лестнице в актовый зал. Мысли в моей голове были похожи на спутанный комок, я шла, уставившись в спину ректора Леона, но не видела ничего вокруг себя. Ноги послушно ступали по каменным ступеням, а окружающие шумы слились в один непонятный гул."

"Ещё в коридоре я услышала ругань декана Альсара, требующего соблюдать тишину, возмущённый гомон преподавателей и редкие восклицания самых смелых адептов, которые, впрочем, быстро сошли на нет.

— Держись рядом и не отставай. Те, кто в зале, сейчас, как хищники: им лишь бы растерзать того, кто послабее, — дал мне последние наставления Хайден и уверенно распахнул перед нами дверь.

Актовый зал был полностью забит людьми.

— Ректор Леон! Господин ректор! — наперебой заголосили преподаватели, демонстрируя совершенно несвойственное взрослым разумным людям поведение. Впрочем, как говорил мой отец, сам в своё время закончивший Академию Дальстад, все сильные маги были отчасти чудаками.

Мастера в своём деле — они порой могли вести себя, как избалованные дети. Глядя на ядовитого и саркастичного Альсара, вредную и любвеобильную бытовичку Беллу, до ужаса скучного и занудного Этторе, я понимала, что отец был прав.

Хайден поднялся на сцену и подошёл к небольшой трибуне, сменив Аллена. Боевой маг встал по левую сторону от ректора, внимательно следя за порядком, я как его главный ассистент стояла справа, ожидая дальнейших указаний. Но ректор решил говорить сам.

— Господа преподаватели и адепты.