— А на ручник ты не поставил? — удивился Бас.

— Забыл, — признался Кей. — Там еще берег с легким уклоном. В общем, покатились — и в воду. Из реки я чаромобиль вытолкал, а вот завести не получилось. Пришлось переться пешком до самой академии. Дама была недовольна. Не мной, разумеется, а ситуацией.

— А как вы заманите ее в озеро? — разволновалась Мэди, и ее тонкие пальцы сжали его ладонь сильнее. — Бас, может, пусть Монтега сам ее отвлекает. С Веником. А мы пойдем в башню вдвоем. Я не хочу без тебя!

— Ну, знаешь, я тоже без него не хочу, — заявил Кей. — Так что иди с Веником, крошка тень, а лучше беги со всех ног и исполни пророчество. А потом мы вернемся домой, и я приму ванну, высплюсь в чистой постельке, позавтракаю теплыми булочками с мягким творогом…"

"Он все рассказывал о своих планах, куда входили и крепкий кофе, и массаж, и приятная музыка, и даже какая-то блондинка, чье имя он не назвал, проявив несвойственную ему деликатность. Хотя Бас решил, что имя счастливицы попросту вылетело у Кея из головы. Он болтал, пока они шли к озеру, вымеряли расстояние, готовили лодку и приманку для змеи. И лишь когда пришла пора разделяться, выдохся.

— Так что не подведи, королева ночи, — закончил Монтега. — Зажги там.

— Ага, — мрачно кивнула Мэди. — Пусть вам помогут свет и тьма.

Встав на цыпочки, она коснулась губ Баса своими. Запах ягод и темного леса окутал его и осел на коже то ли воспоминанием, то ли неуловимым шлейфом. Веник крутился под ногами, а потом, будто почувствовав важность момента, встал на задние лапы и лизнул ему щеку. Кожа загорелась как от наждака.

— Если ваши поцелуи идут комплектом, то я отказываюсь от обоих, — рассмеялся Кей.

Положив руку на колючий хребет черного пса, Мэди пошла прочь, обходя переулками площадь. Ее тонкая фигурка удалялась, черная тень текла следом как смоляная река. Перед поворотом Мэди оглянулась, и в ее глазах замерцали звезды.

А когда она исчезла, сердце заныло так, будто от него отрезали половину.

— Ну что, погнали? — спросил Монтега.

***

Змея с шипением взрезала воды соленого моря, спеша за иллюзией. Чары ослабли, и стены города начинали дрожать. Глаза щипало от пота, а ладони горели от чаросвета, но Артирес опустил руки, лишь когда чудовище пошло ко дну. Волны захлестнули зеркальную чешую и укрыли голема пеной.

— Выплывет? — спросил Вьер, выдыхая и утирая взмокший лоб.

— Хоть бы оно подохло, — в сердцах сказал Артирес, оборачиваясь к полю боя, которое осталось позади.

Тучи песка, вспышки чаросвета, крики — похоже на безобразную драку дворовых псов, устроенную в отсутствие хозяина. А ведь сейчас всем им не помешала бы крепкая рука — новая сила, новый порядок, при котором мир стал бы прочным и крепким, а не банальной иллюзией, тянущей их ко дну.