И что теперь — сражаемся по старинке. Эх…

Артирес родился в мирное время, и на веку его отца тоже не было войн. Так, мелкие стычки с тенями, усмирить бунт в сумерках — плевое дело. Легкие покусывания на границах с Монтегой — тот скорее держал его в тонусе, чем и правда нападал. Вот и результат — люди забыли, что такое война. Но сейчас, когда песок потемнел от первой крови, пора вспомнить, что это не игра и не забава.

Оглянувшись на стены Альваро, он сразу почуял жену, и лишь после разглядел ее светлые волосы. Лорейн направляла свой чаросвет в общий поток, защищающий город. Уровень у жены невелик, но от одного ее присутствия Артирес почувствовал себя сильнее.

— В целом все неплохо, — бодрился Вьер. — Наши занимают позиции.

Первый луч — чаросветы высшего уровня, яростные в ближнем бою и сокрушающие чужие щиты, не заметив. Второй — мастера дальнего боя, бьющие точно в цель. В третьем — псари. Четвертый и пятый — сборная солянка. Кто-то сказал бы, что там ребята слабее, Артирес с ними не согласился бы. Они дополняли друг друга. И в каждом луче обязательно по провидцу, способному предсказать удар врага еще до того, как он будет.

Эльгред Монтега появился рядом, такой невозмутимый и элегантный в бежевом костюме, как будто явился на светский прием, а не на войну.

— Если ты вдруг не заметил, рыжие коты пришли защищать Альваро, — сказал он.

— Спасибо, — ответил Артирес без всякого ерничания. — Я высоко это ценю.

— Угу, — покивал Эльгред, поглядывая на поле боя. — Что ж, кажется, мы побеждаем. Пора бы Тибальду делать ноги, если ему больше нечем нас удивить.

Тибальд придерживал основные силы, и пока что битва выглядела как избиение красных псов. Отряды Монтега перемещались по флангам, посылая сверкающие стрелы и отступая. Пять лучей Альваро вытекали из ворот белого города черными ручейками.

Вьер, командир первого луча, все теребил бороду и кровожадно скалился, предвкушая хорошую драку, но Артирес от души надеялся, что вот сейчас противник развернется и побежит — так все это было глупо и нелепо.

Когда земля вдруг задрожала, он даже на миг подумал, что это сами боги решили выступить против людишек, затеявших мерзкую свару, и разрушить их города, похоронив под песком и пустые амбиции, и жадность, и злобу.

Но под ногами затрясло все сильнее, волна на песке вздыбилась и побежала выше, а после раздалась, выпуская на поверхность ослепительно заблестевшее гибкое тело. Змея с мелкой зеркальной чешуей разинула пасть, и пара солдат — из белых и красных псов — исчезла в темной глотке. А с городских стен позади послышались крики. Обернувшись, Артирес увидел еще одну змею поменьше, которая ползла по отвесно гладкой стене, и чаросвет отражался от ее чешуи, не причиняя вреда.

— Вот и сюрприз, — мрачно сказал Эльгред.