"

"Костяной дракон пылал; нечистая магия некромага уже не удерживала вместе мертвую плоть, кости и изгнившее тряпье, и магический монстр начал распадаться, рассыпаться, обрушиваться вниз горящими осколками. Драконы, летая над ним, ухватывали рушащиеся куски, и утаскивали их подальше от города, на крыши которого итак уже сыпался нежный серый пепел.

Демьен, летая кругами над гибнущими останками последнего детища некромага, все высматривал ненавистного Безумного Короля. Ярость и боль потери рвали его сердце, он сгорал от острого желания откусить негодяю голову, разорвать его когтями и расшвырять по земле еще кровоточащие куски его нечистого тела.

Однако, пророчество неумолимо.

«В том мире его уничтожил Аргент».

«Значит, и в этом его тоже Аргент убьет».

Черный дракон первым заметил слабое шевеление на одном из кусков рассыпающегося тела костяного дракона. Золотой с алым отблеск короны только подтвердил его догадку, и он сверкающим, причудливо ограненным камнем рухнул вниз, вслед за своим врагом, лишившим его дара…

Король некромагов не успел и земли коснуться ногами, как сверху на него, валя навзничь, обрушилась тяжкая туша, и драконьи страшные глаза глянули в самую его прогнувшую душу. Со звонкими щелчками, подобно частому граду, вокруг по мостовой ночного города, рассыпалась алмазная чешуя, и измученный, задыхающийся, выпитый почти досуха нечистой магией монарх, прижатый к земле крепким коленом, на фоне звездного неба вдруг увидел над собой не дракона, а вынырнувшего из алмазной чешуи Аргента. Одной рукой великий техномаг яростно сжимал задыхающееся горло некромага, а второй страшно и с маниакальным упрямством занес над иссушенным лицом Безумного Короля острую желтую кость одного из его мертвых слуг.

— Прощай, старый враг, — выдохнул он, и острая кость молниеносно опустилась, пробив единственный глаз Безумного Короля, глубоко входя в его череп.

Жалобный предсмертный крик Безумного Короля, разнесшийся по узким притихшим испуганным улочкам, повторили в небе все драконы, отмечая трудную победу, и Демьен, ликуя и смеясь, штопором упал вниз, летя к земле, и лишь над самыми крышами домов распахнул широкие алые драконьи крылья, стремительно уходя снова вверх, в небо, распугав своей выходкой и без того перепуганных горожан, не понимающих, с чего вдруг на их королевство налетели драконы и зачем они устроили драку в небе над столицей.

А золотая корона, до того крепко держащаяся на голове Безумного Короля, словно была с ним единым целым, вдруг упала с его головы, словно обруч, охватывающий лоб, вдруг ослаб, разжался.