Вероятно, Аргент хотел вскрыть ее письмо и узнать, что же пишут ей из гнезда некромагов, но печать оказалась защищена магией, и он не смог этого сделать… Этот факт, словно ведро ледяной воды, обрушился на голову Уны, которая поняла, что, по идее, в ее доме некому запечатывать письма магией…

«Может, отец жив?!» — с надеждой подумала она, прижимая заветный конверт к груди.

Дерек и Демьен поджидали ее под лестницей и затащили ее в темный закуток — она и пискнуть не успела.

— Ну? — зашептал Демьен, едва Уна оправилась от испуга. — Что он сказал тебе? Зачем звал? Подозревает он что-нибудь?

— Нет, нет, — ответила девушка.

Ото всех этих переживаний у нее голова шла кругом. — Он ничего не подозревает… просто хотел отдать мне письмо из дома.

Уна вынула конверт, легко переломила печать — заклятье-то самое слабенькие было наложено, из тех, что шепчут совершенно автоматически, доверяя письмо почтальону, — и с волнением вытащила письмо.

Но с первых же строк ее надежда на то, что писал отец, а следовательно, он жив, испарилась. Писал, несомненно, Гаррет — буквы были острые, тонкие, словно хотели ранить каждым своим уголком.

— «Отец слег, — прочла потрясенная Уна, и у нее закружилась голова, потому что ей показалось, что мир сделал стремительный кульбит, и швырнул ее в прошлое, далеко-далеко, в те солнечные дни уходящего лета, дни, когда еще страшное слово «некромаг» не касалось ее семьи. — Джон решил не дожидаться окончания срока наказания и подался в, — тут у Уны в горле запершило, злые острые буковки, выписанные рукой брата-некромага, заплясали перед ее глазами, — в паладины. Ему наложена епитимья — отольют из стали и серебра самый огромный пулевик, из которого он будет расстреливать врагов короны…» Это что такое?! Как Гаррет в этом мире может знать о том, что произошло в том?.

.

Демьен без слов выхватил из ее дрожащих пальцев письмо, пробежал глазами ровные строчки.

— «…Я же, со своей стороны, — продолжил Демьен чтение, — готов понести любое наказание за свою несдержанность, пусть даже меня и закинет в страшные Северные Земли, хоть в безлюдные башни, хоть в покинутые замки…» Да он пишет нам из того, нашего, покинутого мира!

— Гаррет помнит! — закричала Уна радостно.

 — Еще одна ниточка, связывающая нас с настоящим миром! Это он наложил магическое заклятье на печать! Значит, он не лишен дара, значит, он по-прежнему Хранитель!

— Маг такого уровня, — поучительно произнес Дерек, — не мог так просто дать оторвать его с занятого им места. Гаррет теперь Хранитель. И всегда им был и будет — Хранитель ведь существуют вне времени. Он отдал серебряный. Не мы удерживаем мир, а Гаррет. Мы всего лишь защищены кочергой, поэтому все помним. Но кто знает, сколько он сможет его продержать.