Наш старый, привычный мир и все, что нам дорого держится теперь на нас — трех ниточках. На трех кочергах. Или мы вернем его, или…

— Или что?!

— …или постепенно все позабудем, и этот мир станет нашим, — яростно ответил Демьен, яростно долбанув в стену кулаком.

— Может, это ничего страшного? — осторожно произнесла Уна. — Ну, в общем-то, ничего не поменялось…

;- Ничего?! — воскликнул Демьен, сверкая злыми глазами. — Ничего?! Моя Виолетта. Я не знаю, кто она и откуда. Ее нет в этой реальности, понимаешь?! И там, под вишней, ее тоже нет — Аргент ведь отобрал Нож у Корнелии, а значит, она не смогла призвать Корнелиуса, и он не наполнял озеро чужим даром.

А ведь я обещал ей вернуться…

Демьен снова со злости долбанул по камню, делая больно себе, разумеется, а не безмолвной стене, а Уна про себя подумала, что здесь, в этом мире, его обещание неактуально, и неизвестна Виолетта не то, что не обидится оттого, что принц его не выполнил — она его даже не слышала.

— Так найди ее, разыщи, — ответила Уна. — Ты же принц.

Это замечание заставило Демьена просто-таки взорваться злорадным хохотом.

— Разыщи! — передразнил он Уну, кривляясь и корча рожи.

 — Она мне даже туфельки не оставила! Ни хрустальной, ни… никакой. Я не знаю ничего, кроме имени! И в этом мире у нее вполне может быть жених, от которого она уходить не захочет — даже к принцу…

Страшная догадка пламенем обожгла разум Уны, девушка вскрикнула, и тотчас зажала рот руками. Кровь шумно билась в ее висках, наполняя голову тупой болью.

— А Гаррет и Джон?.. — произнесла она медленно, и Демьен согласно кивнул:

— Во-от, — протянул он поучительно, — верно мыслишь. Они вполне себе могут все еще быть дома. И один пожирает другого.

Наше сильное место — это то, что мы теперь наверняка знаем, кто есть кто, наше слабое место — нам заново все надо начинать, понимаешь? Но чем дальше идет время, тем больше и больше мы будем забывать, знания, воспоминания с каждым днем будут все сильнее вымываться у нас из разума, и я позабуду свою Виолетту, а ты забудешь о том, что один из твоих братьев некромаг. А я не хочу забывать! Не хочу!

В голосе принца послышалась такая лютая тоска, такое отчаяние, что Уна невольно поежилась."

"Из-за угла, словно ни в чем не бывало, показался Дерек.

Он был одет в аккуратно выглаженную форму, красиво причесан, словно только что вышел от цирюльника, и на его красивом лице не отражалось ни единой эмоции.

— О ужас, — простонал Демьен, разглядывая приближающегося Дерека. — Он что, кочергу потерял?! Он какой-то ударенный…

— Не ударенный, — возразил Дерек, подходя ближе, — а спокойный. Я стараюсь не выделяться из толпы, а вот вы оба выглядите так, словно вас подменили. Оба испуганные, с вытаращенными глазами, словно вас ночью злые эльфы подкинули.