Четыре огромных поля были расчерчены как шахматные доски, черно-белые огромные плиты мостили их, и казалось, тут затевается какая-то невиданная партия, на четыре небольшие армии.

— Когда-то, — зло процедил сквозь зубы Демьен, оглядывая тихие и пустые поля, — это было Место Истины. Его охраняла мудрая и великая волшебница. У нее были золотые весы, и на них она взвешивала не подношения, не дар, не подарки и не золото — она взвешивала помыслы людей и их искренние желания. То, что хранится в сердце. Самую суть человека. Но однажды она взяла подарок. Серебряную монету; всего одну.

Вступила в сделку со своей совестью. Наверное, могла убедить себя, что это даже не взятка — так, сувенир. И качнула весы в сторону давшего эту монету. И тотчас Истина была сокрыта от нее. Чудо — Вседверь, — больше не открывается ей, и волшебница назначает жертвы, подарки, и их взвешивает на своих весах. Она умерла много лет назад, может, прошли века, но дух ее не может освободиться, потому что никто не желает занять ее место, да никто и не может, потому что Истину не видит. Она видела, но соблазнилась на серебро.

Все они, с известной осторожностью двинулись вперед, стараясь заглянуть под свисающие над золотом ветви.

— Мне кажется, неуверенно заметил Демьен, — там кто-то есть…

Договорить он не успел — прямо из прохладного и прозрачного воздуха перед ними материализовалась фигура, судя по всему женская, укутанная в длинный плащ.

— Здравствуй, прекрасный принц, — насмешливо произнесла она. — Я же говорила — придет день, и ты явишься, чтобы поклониться мне.

От злости у Демьена даже нервный тик случился, уголок его рта задергался, принц яростно зарычал, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не налететь на насмешницу с кулаками.

— Черта с два, — зло прошипел он, — не бывать тому, чтобы я поклонился тебе! Я пришел все исправить и взять силой то, что мне нужно! Ты — никто, Тельма, ты всего лишь тень, призрак, ты даже не та великая колдунья, какой была когда-то! Ты давно уже не соблюдаешь баланс добра и зла, ты просто делаешь то, что тебе велит тот, кто больше заплатит! Отвечай — что дал тебе мой отец? И чем я могу выкупить его дар?

Женщина пожала плечами:

— Твой отец… вот как… Я не могу сказать, — ответила она. — Я же делаю то, что велит тот, кто больше заплатит, а он заплатил щедро, очень щедро.

Он велел мне молчать и не раскрывать его секрета.

— А сейчас, — громко выкрикнул Демьен, — ты берешь плату с Корнелиуса?

Женщина не ответила, лишь молча кивнула."

"— И какова она? Что может сравниться с тем, что дал мой отец?

— Озеро, полное мертвого дара, — ответила женщина, отступив в сторону и жестом указывая на золотое сияние впереди. — Корнелиус приводит под вишню свои жертвы, пронзает им грудь и оставляет истекать кровью.