Кроме того, Виолетта позвонила не кому-нибудь, а мне. Но основное — это холодный расчет: никло не доберется до звенигородского пансионата так быстро, как я. Аргамакова с его охранниками надо еще найти, с «Ксантом» тоже нужно договориться. Так что мой «Москвич-бенц» получил значительную фору, тем более что я живу почти на самой окраине, и если очень постараться — а дороги должны быть сейчас пустынными, — то я доберусь до «Кедра» за сорок минут. Если я и не смогу помочь Виолетте кардинальным образом, то попытаюсь хотя бы выиграть время, а там подоспеют и основные силы…

Теперь самое главное — чтобы не подвела машина. Не снимая правой руки с руля, левой я любовно погладила панель — ты уж постарайся, старичок…"

"Я уже выехала за кольцевую, Ленинский проспект плавно перешел в Киевское шоссе. До Внукова трасса прекрасная, несмотря на мокрый асфальт, можно попробовать увеличить скорость. Сто, сто двадцать километров в час… Куда до нас какому-нибудь «БМВ»! Правда, на ста двадцати началась такая вибрация, что я побоялась, как бы мы не потеряли половину деталей, и немного снизила скорость. Тем более что с неба стала падать какая-то крупа, и видимость резко ухудшилась. Этого еще мне не хватало! Только бы не пропустить поворот на Крекшино… По счастью, я хорошо знала эту дорогу. Вот и нужный мне поворот, и передо мной стала дилемма: снижать ли мне скорость и ехать до Минского шоссе медленно, это все-таки извилистая бетонка, а не трасса, или не снижать, вряд ли какой-нибудь сумасшедший попадется здесь в такое время и в такую погоду. Пока я решала для себя этот вопрос, я со скоростью сто десять километров в час оказалась уже на Минке. Еще немного — и будет Голицыно, а там и поворот на Звенигород… Правда, мне предстоит преодолеть еще три железнодорожных переезда… нет, не три — пять, но два из них практически всегда открыты — надеюсь, они меня сейчас не задержат.

И я в тот вечер во второй раз побила все рекорды — на этот раз по автокроссу на машинах старше десяти лет. Юра мне как-то говорил, что мотор для 412-го «Москвича» был создан по образцу и подобию двигателя «БМВ», и я сегодня об этом вспомнила. Мой конь вел себя идеально, как будто чувствовал важность поставленной перед ним задачи. Вот уже и село Введенское, теперь главное — не проехать мимо нужного мне ответвления шоссе. Рытвины, ямы… Впрочем, такая дорога началась как раз тогда, когда мы съехали с основной трассы и нырнули в темноту.

Но вот уже и «Кедр» — глухой забор, одинокий фонарь горит у затворенных главных ворот, бледный свет от него почти ничего не освещает. Как я попаду внутрь? Где-то дальше, насколько я помню, должны быть еще одни ворота — не парадные, а служебные, куда заезжали грузовики, привозившие продовольствие для кухни и буфета.